Запах Грибного Супа у подножия Августиновича

 

© Владимир Шищенко («Pastor Shlag»), 2008-03-24

 

Хайерджи настороженно поглядел вслед бего-лыжнику, стремительно покидавшему посёлок Березняки. Шустро сверкали на весеннем солнце «тормозные» пятки:

«Вы поэтому зовёте его Тормозом?!».

Похоже остальные бего-лыжни(цы)ки тоже не ожидали от своего попутчика такой стартовой прыти:

«Стой! Дима, стой! Подожди!».

Дима (он же Тормоз) неохотно остановился. Недовольный взгляд: «Чего вы там тупите? Не собрались ещё что ли?». Пришлось-таки ему подождать, прежде чем остальные участники похода упакуются и оденут рюкзаки.

А затем уж выкатилась в чисто-поле толпа больных на голову лыжников, шестеро из которых теперь принято называть «просто-лыжни(ц/к)ами» (ибо лыжи у них не горные), и одного «ски-турщиком» (потому что лыжи у него такие – Ски-Туры называются). Более современную разновидность лыжеброждения представлял колоритный Хайерджи. Менее других был снабжён современной экипировкой Андрей К., одетый в резиновые сапожки. Но мы-то знаем, что в небрежные одежды любят облачаться знаменитые путешественники – настоящие аскеты.

 

   

 

Ну, а остальные пятеро – Олга, Олесья, Таня Р., Тормоз и Пастор Шлаг – представляли собой сплочённое звено с известными грибно-супными традициями. Первых трёх за драйв-характер в народе частенько зовут Валькириями, и вполне справедливо. Ну, а другие двое… да чего про них рассказывать… Тут чуть было не запамятовал сказать про ещё одного участника Похода – самое весёлое и жизнерадостное существо, лишённое лыжных девайсов и великих амбиций – собаку Джуну.

Вот! В общем, вышли они в поле и пошли-пошли-пошли…

За сим будем считать, что вступление сделано, и перейдём к описанию этой самой «пошлительной» (то есть походной) части.

 

***

В этот день бывалые бродяги Андрей К. и Хайердж так и не попали в «тормознутый» ритм бего-лыжни(ц)ков. Ещё пока лезли по дороге на гору Быкова, все держались плотной группой. Но при выходе на плато южнее вершины, стало сначала барахлить крепление у Андрея, а затем подвела и ски-турная техника. Да и особого рвения в этот же день идти на Августиновича они не испытывали.

 

   

 

Поэтому на подходе к высотке Капустин Яр, Андрей и Хайердж сообщили о желании поискать избушку где-то в этих краях.

Пожелав, друг другу удачи, бродяги разделились.

 

   

 

Пятеро лыжни(ц)ков с грибо-супными традициями и жизнерадостная собака Джуна устремились на юго-восток к подножию горы Августиновича. Колючий западный ветер вздымал клубы снежной пыли, подгонял искателей приключений. А поскольку план их – перевалить в этот день через северный тысячник – носил весьма авантюрный характер, то и поспешать они были не против.

Для Читателей (Посетителей Сайта) незнающих о ком, собственно, повествуется в этом рассказе, возможно будут непонятны устремления людей, большую часть которых составляли Валькирии. Посему будет вполне уместным небольшое лирическое отступление.

Итак, КТО ТАКИЕ ВАЛЬКИРИИ?!

Не спешите блистать эрудицией на предмет скандинавской мифологии. Прообразом бог(инь)ов часто (или даже чаще) служат реальные живые люди. Оглянитесь вокруг и возможно вы их сразу увидите.

В первую очередь ОНИ – красавицы! У них всё на нужном месте и в нужных контурах. Они румяные и любят улыбаться. Носят длинные ногти (весьма полезные при необходимости закрутить шуруп). Спортивны, выносливы. Хорошо владеют бего-лыжной техникой в условиях пересечённой местности (при необходимости могут и тропить). Подобно росомахам способны загнать оленя на измор (только пока необходимости не возникало). У каждой Валькирии обязательно есть ножовка и коробок спичек. Заниматься подготовкой и разжиганием костра, считают для себя большой честью. Прекрасно готовят всё что угодно. Однако всемирную известность им принесли неповторимый Грибной Суп и Тыквенные Оладушки. Между тем, сами они очень нетребовательны к пище (точнее к количеству), порою даже забывают, что надо иногда кушать. Зато любят нюхать Ром, или другие интересные напитки (желательно с привкусом хвои). Да и вообще, частенько проявляют интерес к мужским забавам, как, например, к велосипедам или воспитанию походных собак.

 

  

 

 

  

 

Надеюсь, исходя из вышесказанного Читатель (Посетитель Сайта) поймёт, что план проскочить за один день сразу две горы – Быкова и Августиновича – был не лишён реалий. Однако, смелые планы хороши если не возникает некоторых обстоятельств. А в этот день они возникли…

 

***

Через час путешественники значительно приблизились к северо-восточному склону горы Августиновича. По мере движения ветер всё усиливался и усиливался. И если сначала, от него удавалось скрыться за гребнем, то вскоре все склоны стало пронизывать насквозь.

Группа несколько растянулась, Пастор решил воспользоваться резервом времени для разведки. Тормоз любезно согласился приглядеть за рюкзаком, хотя вскоре нашёл, что приглядывать за Пастором куда забавней. Тот, не успев выйти на гребень свалился на него как подкошенный, и совершал разведку, передвигаясь по-пластунски. Будучи главным хранителем «Волшебного Рома» Тормоз был уверен в том, что Пастор абсолютно трезв. И от того становилось ещё забавней.

Забавно было и Пастору, перед глазами которого сверкала выдраенная ветром перемычка, ведущая в заветную Седловину. Хорошая такая перемычка, правда, слишком узенькая, чтобы по ней можно было спокойно пройти пешком на лыжах.

Шлаг нашёл полезным сместиться влево: нельзя ли пройти под гребнем? Однако ветер здесь буйствовал с не меньшей силой, а перед глазами сразу зазиял обрыв. Едва удерживаясь на склоне, Пастор проворчал: «Пойду-ка я отсюда, пока не сдуло аж до того леса».

Эх, знать бы ему насколько глубока была впереди Седловина, тогда бы он понял, что именно в ТОТ лес им и дорога. Но не разглядел, побоялся, что потом из него долго придётся выбираться. Поэтому его доклад гласил следующее: «Пройти можно по узкому гребню, но там очень сильно сдувает». И полезли они на узенькую перемычку, обдуваемую всеми ветрами. И началось …

Никто не смог устоять под напором шквального ветра. Вся группа в одну минуту повалилась и рассыпалась как горох. Наверно не каждый год Седловина под северо-восточным склоном горы Августиновича могла видеть столь вопиющее безобразие! Ну, не любила она лишних предметов на своём теле. Тщательно вычищалась наждачным ветром, и как могла старалась сбросить с себя назойливых лыжни(ц)ков. А те подобно гадким клещам цеплялись за неё всеми конечностями. Эти настырные создания были жутко упрямы и вели себя просто возмутительно. Мало того, что они тыкали в неё ржавыми палками, они ещё находили возможным доставать фотокамеры и снимать бесчинские движения друг друга. Как будто не со стихией имели дело, а с развлекательным аттракционом.

 

   

 

   

 

Наверно, каждый из действующих лиц неоднократно успел задать себе вопрос: «А какого рожна мы тут делаем?». Но заниматься вопросами – удел научных деятелей. А искатели приключений, падая и вставая, продолжали перемещаться по гребню.

(Комментарий: Насколько силён был западный ветер в тот день – 9 марта 2008 года – прочувствовали не только пять лыжни(ц)ков и собака. В заливе Мордвинова спасателям пришлось выручать более семисот рыбаков, отправившихся «путешествовать» на льдинах. Там то, наверно, зрелище было куда более эффектное. http://www.sakhalin.info/rescue/48557/ )

 

***

Наконец-то они спустились в самую глубь Седловины, где ветер уже не имел столь сокрушающей силы. Здесь стало ясным, что спуск мог быть и менее экстремальным, если бы путешественники изначально пониже спустились по восточному склону.

На проход Седловины (что-то около километра пути) потратили целый час! Вот такие бывают незапланированные ситуации. О подъёме на Августиновича в этот день нечего было и думать. И хотя время было ещё совсем детское – половина четвёртого часа дня – пришлось им искать место для ночлега. Расторопный Тормоз нашёл подходящую поляну, закипела работа.

Здесь лентяев не было. Посему через три часа были готовы палатка и пещера, языки костра извивались в танце, и чертовски вкусно пахло Грибным Супом. Капало по кружечкам пахучее Зелье, и лилась непринуждённая беседа. Только юная Джуна не участвовала в разговорах – как самый настоящий человек клевала носом. Когда же её пригласили в пещеру, то она даже не стала выражать восторга по поводу такого ночёвочного дебюта – быстро нашла себе место и … отрубилась.

 

   

 

   

 

***

Шарканье зубной щётки о жемчужные резци стало звуковым наполнением нового утра. В зимних походах лагерь сворачивается не столь быстро, как в летних. Однако ещё не пробили склянки «одиннадцать», как бего-лыжники полезли по северо-восточному склону горы Августиновича. Тропил, как это чаще всего и было, Тормоз.

И за что его действительно называют Тормозом?! Право, трудно понять на каком-таком поприще он заработал репутацию медлительной субстанции. Во всяком случае, при подъёме на северный тысячник группа едва за ним поспевала. Траверз за траверзом вздымались они над водоразделом реки Жуковки. Всё шире становилась панорама, всё больше прекрасных пейзажей приковывали взгляды любителей приключений.

 

   

 

На высоте около 900 метров заработала мобильная связь. Звонил Смерш, который уж давно «волновалсо и испереживалсо» по своим соратни(ц/к)ам. Приятно было знать, что кто-то болеет душой. Конечно, путешественникам не хватало в этом походе привычных спутников – Лены, Смерша и Смычка.

 

(Комментарий: Кстати, Смычок тем временем тоже активно отдыхал. На спартакиаде работников Сбербанка он занял первое место в лыжных гонках, и заработал право представлять Сахалин на зональных соревнованиях. Забегая вперёд, сообщим, что в Биробиджане он вновь взял первое место в возрастной группе старше 45 лет. Вот так дяденька-пенсионер!)

 

Весь подъём из Седловины до Вершины занял менее двух часов.

Вообще тем и отличаются кантристы от фрирайдеров, что для них Подъём или движение по местности без уклонов – занятие не менее увлекательное, чем Спуск. В последнем бего-лыжники, конечно, значительно уступают. И падают чаще, и склоны ищут положе. Но в остальном… Да, впрочем, речь не в конкуренции тех или иных способов передвижения, а в том, что благодатная Сусунайская страна позволяет выбирать любителям приключений то, что душе угодно. Вряд ли найдётся в Сахалинских сопках человек, не испытывающий искреннего восторга.

 

   

 

Именно их – восторги – они испытывали на вершине Августиновича, широкой как двадцать футбольных полей. Пригубляли напиток, фотографировали, фиксировали точку на навигаторе и т.д. и проч. Джуна, правда, не очень понимала смысл остановки и требовала дальнейшего продвижения по сопкам. Такова уж её непоседливая конституция…

 

***

Спуск от вершины до места прошлогодней стоянки (http://snaryaga.net/forum/index.php?showtopic=534 ) занял около часа.

Здесь мировоззрение и устремления путешественников претерпели некоторые коррективы. Второй день продвижения в гружено-рюкзачном состоянии, всё-таки сказался, и все вынуждены были признать, что задача этих двух дней (ещё планировался заход на пик Чехова) слишком сложна. И коли не встретился тот олень, которого надо загнать измором, то и себя мучить сильной необходимости нет. Посему мимо вершины Луга направили они свои лыжи с Сусунайского хребта на знакомый отрог.

 

   

 

Общеизвестная дорога от Горелого на Буреинский карьер на этот раз не принесла очень большой радости. Снегоходчики накатали дорогу до «бетона», и проще было катить параллельно ей. В общем, на спуск потратили около двух часов и у шлагбаума все пятеро+собака чувствовали себя сильно утомлёнными. Но довольными. Поэтому ждите сообщений о новых походах – будут…

 

   

 

Да ещё не раз вознесётся над Сусунайскими седловинами аромат Грибного Супа!

Аминь!

 

 

На главную