31 АВГУСТА

 

Через пяток дней жизнь сидячая надоела, покочевал я из геста, поехал... На карте видно, что с юга к У.Б. примыкает небольшой горный массив, с той стороны гор монастырь Манашаравар в заказнике.

Асфальт убитый, а скорость всё равно хорошая, изредка переключаю на звезду большую переднюю. Месяц её не включал. Ближе к вечеру горы сузились, забор, контролёр, 5 т. тугриков билет в заказник. Уже видно жёлтое здание монастыря под скалой... В добрые старые времена мы обошли бы забор по пологим горам или хотя бы права покачали.

Ниже монастыря юрты для туристов, обслуга шныряет пьяная, бесцеремонная. Как говорит русско-монгольский сатирик Задорнов: «Американцы, они ж тупые!» Вот и обслуга про меня так думает: «Иностранцы, они ж все тупые, только и могут вежливо улыбаться. Дал бы лучше денег, ведь богатый, а я такой бедный монгол». У некоторых ясно на рожах написано: презрение ко мне и одновременно – чем бы поживиться. Холуйство в чистом виде, задорновщина.

Что ж... даже русский в Монголии не бедный, а японцы, европейцы.... «Понаехали, девок наших задёшево трахаете. Ужо будет вам новый Чингис! Опять все к нам за ярлыками на княжение ездить будете».

Подъезжаю к газару-ларьку, жестом у продавщицы: «Сколько ночевать стоит?». Она по-русски:

- Юрта 25 т.т. (625 р.!)

- Понятно. Водка есть?

- Да, 7т.т. (175 р.!)

- Понятно, Пиво?

- 2 т.т. (!)

Вокруг лес просторный, в нём валуны огромные, красиво. И – помойка горит, ветер бумагу, дрянь всякую на лес, на камни эти швыряет. Эх, монголы, монголы, да разве можно так... Дождь закапал, совсем настроение упало.

- Ну, давай пива, бляха-муха...

Пью, она спрашивает:

- Где работаешь Россия?

- Секьюрити, полис.

Это ли её впечатлило:

- Иди тент, ной проблем. – и я сделал то, что сделал бы и без её разрешения: повёл вело в ближний лес, «тент» ставить.

Приятно переночевал, соскучился уже по палатке, одиночеству.

Утром замаскировал вело+барахло, через «Сад камней» пошёл вверх к дацану, 500 метров. Перед монастырём заброшенные, видать, с клятого 1937 года террасовые поля. Огорожены камнями, огромный, многосотлетний в них труд, это впечатляет. И – место ведь выбрано! Ущелье «воротами» на юг, на солнце благодатное лежит, от северного ветра горами защищено. От монастыря и поля эти, и красота природная ущельем вширь-вниз расходится, там долина, а в ней плоско город лежит. Он там... как ноги... как что-то необходимое, но низшее. Дацан же дух, высшее начало, кончик стрелы в конце взведённого лука-ущелья. Мало того – над монастырём висит скала, стена плоская. Как отражатель у костра-дацана, чтобы теплее людям было. Вдуматься, сколько всего наотражала она за века... на город, на всю эту долину... Повидал уж много всякого, впервые такая гармония ландшафта в ансамбле человек-природа. В дикотворное идеально встроено рукотворное.

Здание жёлтое – новодел, старого дацана руины рядом. Полез на скалу-«отражатель». Навес из брёвен, на глыбе плоской старец вырезан с посохом, чётками. Видимо, основатель. Или святой местный. Среди подношений даже доллар лежит. Не новодел, разве краска новая - жёлтая, синяя, белая. А вот на камне трёхметровом большая женщина в позе лотоса, в причинном месте – дырочка, а в ней... копейка! «СССР, 1981 г.».

Со скалы вид на всю округу замечательный, настроение поднялось, словно елеем помазали. А ведь думал – что может быть возле столицы? разве дрянь туристическая. Ан нет! туристов почти нет, тепло, ветерок ласковый. Поел малины, грибов-навозников на обед набрал, дружку СМС-ку кинул. Сразу с Сахалина от Хмары ответ пискнул: « Завидую! В районе Олимпии одни моховики, Лёше на радость». Отвечаю: «Какие твои годы, ещё побываешь здесь. Пойду вниз обедать». Тут же ответ: «Не вздумай с навозниками употребить алкоголь!». Нельзя? Ну, не буду.

За белкой понаблюдал, за жирным сурком погонялся, пообедал. Подумал – хрен-ли мне обратной дорогой возвращаться? Горы пологие, наверняка тропы есть, вот и перевалить напрямую к У.Б.! Если вчера за 5 часов сделал полукруг в 51 км, то диаметр всяко меньше будет. Хотя и во всех смыслах круче. Настроение боевое, место это хорошее зарядило меня энергией. Решено!

Набрал воды на двое суток и повёл вело вверх, тропу искать. Вверху ступа Будды, отдышался у ней, по компу скорость моя 1,8 км/час. Впереди сквозь лес – скалы, если б не велик – в лоб бы пошёл. Что делать? Пойду-ка траверсом сквозь лес на тот травяной склон, а там посмотрим... В лесу тропы (зверовые?), кости, череп чей-то. Вспомнил: внизу на плакатах олень нарисован... и медведь! и кабан! и рысь! Жутковато стало, раздолбай всё-таки я, ни компаса, ни карты. Опять как на Хубсугуле, одинокое дерево под скалой, корявое, мощное, на нём гнездо-гнездище, мою палатку поставить можно.

Ура-а-а! в соседнем распадке тропа идёт в нужном направлении, на север. Вниз! К ней! По камням, упал, велик на меня... «Вова! Ты уже один! не в группе, никто не поможет».

Тропа завела в лес... и исчезла. Голову поднимаю – это кедрач. Не туристов – добытчиков орехов тропа! А вот и они, четверо навстречу, мешки с шишками тянут. Ни по-русски, ни по-английски. «Где У.Б.?» Смеётся, зубы скалит, машет рукой: туда не ходи, сюда ходи. Сориентировался по солнцу, пошёл, куда указали. Справа удары топором. Бросил вело, туда иду. Трое, под камнем нора, к ночлегу готовятся. Рукой путь указали, но без улыбок, сурово как-то. Скорость упала до 1,5 км/час, выдыхаюсь. Камни, велик на себе тащу. Слышно, как в разных местах колотушками по кедру бьют. Значит, зверей можно не бояться, только людей.

Вечер, костёр. Поел, подумал. За 6 часов 3,75 км, велорекорд. Не, так не пойдёт. Весь в скалах кедрач, камни с юрту. Петух на вело сломать, стопу в камнях потянуть – очень здесь просто, поползёшь, как Маресьев. Если завтра не увижу безлесных склонов – пойду прямо вниз. Ещё неизвестно, что меня внизу, в этом распадке поджидает.

С такими мыслями уснул в дремуче-каменном лесу, у чёрта на куличках.

 

2 СЕНТЯБРЯ

 

Утром полез на разведку на скалы-останцы. Выше кедров стоят, краси-и-и-вые... Залез на один – безлесных склонов нет, тайга на север без края. Конец авантюре, иду вниз.

А вот и цех лесной по переработке шишек, человек 5 молодёжи. Разговор жестами. Они: «Откуда?» «Из Улан-Батора, три дня иду! Манашаравар где?». «Туда иди!». Пинаю камни ногой, колесом бодаю: «Камни плохо! Где камней нет?». «Сюда иди, туда не ходи!». Пошёл налево, камней меньше стало. И тут оторвался на колесе сосок, меняю камеру, ё-моё! – задний обод треснул! Надо сказать, ещё в Южном при сборах я совершил грубейшую ошибку: решил ехать на ободе, на котором уже была выработана канавка от тормозных колодок. И – вот она, расплата. А ведь меня предупреждал опытный Игорь К.: замени обод...

Через полтора часа вышел к монастырю, через час в городском газаре ел бузы, запивая белоснежным кумысом. Засунул аварийный вело в такси за 125 рублей, в гест как домой вернулся, поселили на этот раз в юрте с двумя француженками. Собираются в путь-дорогу, по два рюкзака на каждой, сзади большой, впереди маленький. Такие хрупкие, студентки, наверно. С удовольствием слушаю их болтовню, надоел английский.

 

СНОВА В ГЕСТЕ

 

У ворот велосипеды москвичей, без них куда то уехали путешествовать, время убивать до получения виз. Мы больше не увидимся, я уеду через пару дней. На кухне в своём пакете с продуктами неожиданно обнаружил банкноту 5 т.т. Вспомнил, улыбнулся... да, улыбнулся с сожаленьем. Что ж ты, NN... Ещё дней 5 назад я осторожно спросил у тебя:

- Как у тебя с авторским правом? – и ты не задумываясь, ответил: - Никакого авторского права! Мы анархисты. А в чём, собственно, дело?

Уже второй раз я услышал эти слова. Ответил тебе, что мне нужны фото для газеты и сайта, мой гигабайт украден. Мы договорились, что ты перепишешь часть своего фотоматериала на болванку и положишь её в этот пакет, я дал тебе на несложную операцию переписывания банкноту 5 т.т.

И вот – результат. Слова, слова... Их много, горе-теоретиков, которых теории худо-бедно процветают, пока не коснутся самого носителя. После этого носитель теории быстро проходит путь от теоретика к прагматику. Опасность миновала? Значит, можно обратно в теоретики подаваться...

 

Надо покупать новый обод, снова на один из двух рынков ехать. На какой? Где обокрали? Или где ограбили? Очень никуда не хотелось. Надо! Собрался с духом, карманы, всё проверил, запаковался, как целка на дискотеку.

По рынку ходил противолодочным зигзагом, как линкор торпеду сторожил, как Штирлиц – нет ли хвоста? Чурался толпы, чтоб не толкали, их способ: затолкал – обокрал.

У торговцев все ободы для горных, для моего нет. Купил эпоксидной смолы.

Барахолка нищих, даже стоптанной обувью торгуют, даже в Китае такого не видел. Чувак у барахла сидит, наколка «Новокузнецк», перехватил мой взгляд.

- По-русски говоришь?

- Я русский! Метис, так говорят, мать монголка. А ты давно здесь?

- Да недавно...

- Как там, в России, хорошо?

- Получше.

- Хорошо, значит.

- Ты старый, я старый, хорошо, когда молодой.

- Ха-ха-ха, прав ты!

Поболтали, приятно мне, ему, хорошая страна Монголия, наша, а что обворовали-ограбили – сам виноват.

В 19 веке англичане с тревогой смотрели на север из Индии, анализировали причины успешной экспансии России в Азию. Одна из причин: «у русских переселенцев никакого чувства превосходства, буквально братаются с местным населением». Мы и сейчас такие.

 

В юрте Марьяна на кровати, одна из француженок.

- Слип? Ноу тревел?

- Ноу тревел! – весело обезьянничает она. Какой-то сбой у них.

Засел за обод. Для начала залил трещину эпоксидкой изнутри обода, затем оторвал от юрты ткани, нарезал 6 полосок разной длины и ширины, пропитал их смолой, налепил одну на другую на наружную часть обода, на трещину, толстым сантиметровым слоем. Через сутки надул эту куклу... до границы хватит, а без заднего тормоза можно и обойтись.

Познакомился с поляком Яцеком, путешествует с женой. До Азии всю Европу дикарями обошли-объехали, ночевали по пляжам. На днях едут из У.Б. в Пекин, затем в Тибет на поезде, потом Непал, Индия, оттуда 12 ноября самолётом в Польшу, билет куплен за полгода вперёд, $400. Бюджет путешествия – $2 на человека, на 3 месяца.

К чёрту велик и путешествовать как они? Вещей у них – минимум, головняков с техникой нет. Остановился в дешёвой гостинице на день-другой, с народом пообщался, и - в радиалку. Вернулся, сутки отдохнул – и в другую. На днях они вернулись из «Долины динозавров», это юг страны.

Молодая женщина курит у соседней юрты, движенья властные, лицо строгое. А вот её муж, весёлый подкаблучник. Это немцы, снимают вдвоём целую юрту за $30/сутки. Во дворе стоит парочка их крутых вседорожных БМВ-мото. Им во Владивосток, потом Австралия... весь мир.

А вот молодой, волосатый и босой, самокрутку крутит. С ним девушка, тоже лохматая. Это «зраель», евреи. Путешествуют самолётами. Наверно, деньги есть, а время на отпуск мало, с арабами воевать надо.

Прихожу из музея (динозавры! - боевые машины древности), во дворе тачка лэйблами обклеена, вроде жука-Фольксвагена. Марьяна: «Нет! Ситроен». Водитель-одиночка Марлен, бельгиец, журналист лет за 40.

Сегодня за завтраком много пожилых и солидных. Автопутешественники лет за 60, во дворе их машины. Яцек говорит, что обеспеченные люди тоже иногда останавливаются в дешёвых гестах, из-за демократизма общения, в них царящего.

К вечеру все уехали, Франция тоже, один в юрте. К ночи одинокий поляк, Станислав Бузала из Варшавы. Только что с Хубсугула на фоккере прилетел, рассказал, как замечательно он путешествовал с монголами-проводниками по реке Ур. На лошадях, 2 недели за $150. По тайге без людей, где рыбы – только наживку кинь (ленок, хариус, один раз таймень метровый). «Бедная наша Польша! 40 миллионов! Здесь на такой территории – 2, и те в городах почти все». С круглыми от восторга глазами рассказал про вой волков по ночам, про следы медведя, про грифов. « Я обязательно приеду ещё! Мои друзья уже в четвёртый раз здесь».

По справочнику Монголия занимает последнее место в мире по количеству людей на кв. километр.

 

ДОМОЙ

 

Суток трое в гесте прожил, и вот окончательно созрел грустный плод возвращенья. Не отсюда я его планировал, не сейчас... что ж делать... делать нечего, надо возвращаться.

Попрощался с персоналом, кое-что из уже ненужной снаряги подарил. На окраине города в шашлычке напивосился, еду, сплю на ходу. Тут на пустом шоссе два вело навстречу, девушки. Солнце ударило мне в глаза золотом сквозь их рыжие кудри из-под шлемов... словно виденье две амазонки скользнули за спину... От границы... русские? Нет, наверно, транзит, наших мало таких.

Долго ли, коротко, вот и развилка: Дархан – 219 км, мне же на Кяхту, на Сухбаатор, 311 км.

 

БАЦ! —

 

-на ровном асфальте вдруг лопается камера на заднем колесе, 2 секунды, и уже на ободе. Даже смотреть туда не охота, обидно инженеру, ведь я был уверен в своей кукле. Посмотрел... цел ремонт! в другом месте обод лопнул!

...Опять ткань от юрты нужна. Дом рядом, пошел туда. Во дворе мальчик-олигофрен, показываю: зови взрослых – не понимает. Говорю международные слова: папа, мама... не понимает, ну, что с тобой делать... Рядом забор высокий глухой, и – как в кукольном театре – вдруг с той стороны два чёрта на нём повисли. Монголы, то есть, на меня таращатся и молчат. Ну, что сидите?! – завопил, заплакал. — Аврал у меня! выручайте...

Загалдели, с забора спрыгнули: пошли! пошли! – зовут жестами. Привели к юрте, хлопают ладонью по земле возле юрты: здесь спи! – и я сразу поставил палатку.

Семья: четверо мужиков, юноша, ребёнок, бабушка и женщина на сносях. Телевизора нет, бедные, ни батареи у них, понимаешь, солнечной, ни антенны спутниковой. Но весёлые, услужливые.

Дал 5 тысяч тугров, пьяного изобразил: дуй за водкой! Побежали, аж втроём. Трогаю юрту, пацану: дай ткани кусочек! Нет, нельзя. Ну, дай вот мешок из-под сахара. Дал.

Заклеил обод, тут и водка подоспела, бутылка 0,7. Без закуски, пиала по кругу.

Вечером в большом котле наварили мяса, с удовольствие поел (надоела баранина) на палочках варёных печёнок. Подсунул беременной свои помидоры солёные, огурцы, пальцем в живот: ребёнку полезно! Поняла, кивнула, стала есть. Ну и еда у них: мяса кусок да чай с молоком. Оттого и стареют быстро.

Стемнело, курим у палатки. Стали раскручивать меня ещё на водку. Как Старик Хоттабыч, вырвал из бороды волосок седой, порвал, дунул-плюнул, посмотрел в небо с вопросом... Руками замахал: нет! нет! водка нельзя! – и в палатку ночевать полез.

 

ПУТЕШЕСТВИЕА ГОРНОМ? НА ГИБРИДЕ?

 

Увлечение горными велосипедами началось с Калифорнии и Колорадо, где лет 30 назад отдельные энтузиасты развлекались слалолом по горам и гонками по бездорожью. Нынче бум горных вело. Респект тем, кто использует их по назначенью, но таких мало. Многие просто поддаются стадному чувству («все на горных, ну и я такой куплю»), и «круто» ездят на тракторных протекторах исключительно по дорогам. А раскрученная мода на горный экстрим доит козье племя, большинство-то и в горах никогда не были.

Монголия. Спуск по грунтовке. Пристраиваюсь сзади к Махно или к Наташе, они тоже на гибридах. Педали не крутим. Велосипеды как привязанные, дистанция не сокращается, не увеличивается. Пристраиваюсь на спуске к Анне, или к Харлею, к Андрею (они на горных), и мой гибрид накатом уверенно обходит их.

У МТВ свои преимущества. Проще найти запчасти, по крайней мере в Китае и Монголии, на Сахалине. Он меньше гибрида, легче засунут в машину, на полку вагона (для меня это малоактуально). Меньше диаметр колеса, следовательно – оно крепче, можно больше взять снаряженья (мой багаж всегда мал и не тяжёл). Передаточное число звёздочек позволяет подняться на самый крутой перевал (но я не спортсмен, я никуда не спешащий путешественник, вело на перевал пешком заведу). Геометрия МТВ устраняет провис каретки, увеличивая клиренс (дорожный просвет), что хорошо на пересечённой местности.

Движение по грязи. Тут бабушка на двое сказала. На подсыхающих дорогах, на глине широкий протектор МТВ наматывает на себя и грязи больше. На песчаных дорогах на МТВ лучше, зато по мягкому грунту на колёсах с широкими шинами надо тратить больше усилий на образование колеи.

Видимо, дело в приоритетах. Многие путешественники выбирают горный вело из-за повышенной прочности. Мой приоритет – энергия. Старый и ленивый, очень не люблю тратить энергию попусту. Узкий, хорошо накачанный протектор гибрида по твёрдому покрытию идёт как железное колесо локомотива по рельсу, не продавливается – и лишь единственный раз я попробовал сесть на МТВ товарища, проехал метров 15, сразу почувствовал, что трачу энергии больше. Слез, и организм мой мне твёрдо сказал: «как хочешь, а я на этих булках ездить отказываюсь».

 

ДЕНЬ МАТЕРШИННЫЙ

 

Утро. Надул колесо – трещит заплатка, ехать нельзя, только пешком вести велик можно.

Кое-как поулыбался-попрощался, мрачнее тучи иду к дороге попутку клянчить.

Закинул вело в кузов китайского грузовика, у напарника водилы весь фэйс слева заплыл, фингал. Дрался, что ль? Скорее, «болезнь асфальтовая», нахрюкался с вечера. Монголия что Россия, пьяная страна.

Четыре часа тряслись на плохом асфальте, молча, я в гнусном настроении из-за обода, шеф – его гаишник посношал, вице-шеф – рожа кривая. Километров 200, высадил меня, дал ему 5 тысяч, уехал куда-то налево... а до Дархана, оказывается, ещё 12 километров! Вот бл**ь! Я ж его спрашивал: «Дархан?». «Дархан», отвечал. Что ж мне, вело по жаре пешком вести? когда жопа так и хочет в седло прыгнуть, до того асфальт ровный, спуск к тому же. Бл**ь, я этого не планировал.

Иду пешком, встречные из машин пялятся, аж скорость снижают – прикрыл глаза козырьком: если не сумеет человек человеку в глаза заглянуть – он будет неудовлетворён. Вот и проезжайте, бл**ь, неудовлетворёнными!

Иду, зазря потею. 12 км! Бл**ь, только 2 прошёл... Машина задом сдаёт. Типа Кариба, багажник здоровенный. А я даже не голосовал - ух! – такой злой был... Довезли бесплатно до дешёвой гостиницы. Уже вечер! Быстрей на рынок! – и попал на мастера, настоящего. Его обод, камера, покрышка – всё за 15т.т. (350 р.)! Вместе с переспицовкой! За полтора часа! Правда, обод и протектор от какого-то старинного гоночного. Теперь у меня не просто гибрид, а супер.

Вечером душ, кровать... засыпаю с мыслью – утром кончится невезуха с вело? не кончится?

Вот денёк-то выдался, вот бл**ь...

 

9 СЕНТЯБРЯ

 

Проснулся, сразу «рефлекс велосипедиста» сработал: взгляд на колесо. Спустило! О-о-о-о, грехи мои тяжкие... Заменил камеру, поехал на автостанцию. До границы от Дархана примерно 100 км, на такси 20-30 т.т., на микроавтобусе 4 тысячи. Визы срок ещё 6 дней, подумал... поеду сам. Накупил дынь дешёвых, отъехал в степь, сел трапезничать на солнышке... Хорошо! Только черепа и кости в траве напоминают: ты ещё не дома, ты здесь, с нами.

Вечер, ночевать в степи буду, а страсть что-то водки захотелось, не пил давно, с монголами не в счёт. Слева от шоссе дом небогатый, верблюд одинокий красавец. Испугался велика, побежал на усиление к белой лошади, сразу видно, что они друзья. В доме одни женщины, растерялись от гостя неожиданного, чаю мне, пирожков тазик, штук 50.

- Архи! – говорю. – Архи, водка, есть?

- Нет! – по своему отвечают, головой мотают.

Как же так? А! Понятно! Вы же женщины! Всего лишь женщины, у вас даже бороды нет, поэтому вы архи не пьёте. А у меня – вот борода! мне архи нужна!

- Нет! – смеются, головами мотают. – Нет архи!

Говорят, разве 20% информации человек словами передаёт, остальное эмоции и кривлянье, жесты, пыхтенье... Они всё поняли.

Купил пирожков, деньги не хотели брать, но мне удалось всучить. В юртах всегда надо стараться расплатиться, не смотря на обычаи гостеприимства. Эти небогатые женщины – они же не твои турагенты, чтобы кормить тебя, правильно? Это турагенту всегда можно и даже нужно дать пинка в жопу, а с людьми в юртах...

Уже уходил, одна с бутылкой догнала. Понюхал, попробовал... слабый-слабый самогон, градусов 10. Что за причуда, на кой он им? Может, это саке? может, я к японцам заходил?

Уже стемнело, когда залез на перевал, пешком. Увидел там необычный обо. Сам-то как всегда – груда камней с деньгами и водкой, да вот рядом... Отдельной кучей лежали трости, но больше всего было костылей, больше пятнадцати пар, не совру.

Не удержался, взял недопитую бутылку дорогой водки.

 

 

Вооружённая спутниковой антенной и солнечной батареей юрта в степи стоит... как тарелка НЛО - сейчас взлетит!

Самое важное, что этому сервису не сопутствует, как почти всегда, клоака городской цивилизации, тут нет её вторжения – наоборот, человек через интернет и телевизор выходит в цивилизацию, надоела? - нажал выключатель, на коня сел и «вернулся к нашим баранам». Это ли не жизнь?

 

10 СЕНТЯБРЯ

 

Утро. 30 минут йоги, каша-чай, в седло.

Вчера с обеда до вечера 49 км, сегодня до обеда уже 41 км, до границы рукой подать. Думал, машин будет поток, ведь это центральный въезд в страну, единственная полностью асфальтированная дорога – нет, в час разве 10-20 проедут.

Лечу на повышенной передаче – птица, другая на асфальте, сразу двух машина сбила. Вернулся... рябчики! Свежие. Сегодня у меня будет суп из дичины. Быстро общипал, ш-ш-ш, — крыльев шум над головой. Коршун. Опоздал, брат, я первый, ну вот кишочки тебе, разве...

Сухбаатор. После него увидел вдали город, храм православный, это должна быть Кяхта. Свернул в степь ночевать.

Ночью, пережёвывая рябчика под импортное MADELEINE, думал: удивительны дела твои, Господи. Разве знал, что сегодня будут на ужин рябчики, пуля в пулю сахалинские? А разве знал ты 5 лет назад в Синдзяне, на подступах к Тибету, что попробуешь шашлык их «сахалинской» кабарги? Эти мысли навевают одно: лет через 2-3-5 я скажу: я везде был, везде всё одинаково. Открою сайт под названием: «Пни в жопу турагента». Отчего такие грустные мысли?

Ни-фи-га! – смотри! Млечный изгибается, как лук чингисовых воинов! Никогда такого не видел. Полез спать. Изгиб есть, да уже не тот. Удивительны дела твои, монгольский Бог, я вином сегодня в костёр брызгал, так монголы делают. Может, поэтому Ты мне костыли не подарил на опасных спусках после перевала «Костыль», за моё водки воровство...

 

Утром с попутным ветром за 15 минут влетел в Алтанбулаг. А где Кяхта? Нужна информация – где деньги менять? Где границу пересекать – по шоссе? поездом? Нужны русские.

У бурятки ли, монголки: «Далеко ли до границы?». «Да вот, за поворотом». «Сколько километров?». «200 метров». Как? Не может быть, не поняла, наверно.

Заезжаю за поворот ... она! Граница! А я-то думал: на кой монголам храм православный? А он на той стороне, на нашей, город пополам поделён.

Куда торопиться? Взял одноместный номер с телеком, за 100 рублей, пошёл с городком знакомиться. Почти все русский знают, приятно это. Идешь, задумавшись, в мантре после пива... «Здравствуйте!» - это монгольские школьники внимание на тебя обратили. «Здравствуйте-здравствуйте» - насыплешь им орехов в ладошки.

Вволю насмотрелся телека, везде он, современный герой Монголии, чемпион Японии по сумо. Молодца, так их! А вот и российская программа, «фабрика звёзд», ещё что-то... Эрзац-жизнью, концом путешествия с экрана дохнуло. Как мне без вас 2 месяца интересно, весело жилось! Впереди зима, диван, телевизор... теперь этот зомби-ящик мной заниматься будет, буду в его власти.

Да, ещё много чего было, но именно телевизор в гостинице поставил точку в моём очередном тире «жизни по Морзе». Впереди новый, не лучший пласт жизни... вспомнил из Ремарка:

 

«- Вы когда-нибудь помышляли о самоубийстве?

- Да. Однажды. Меня спас запах жареной печёнки с луком. Это была критическая ситуация. Вы знаете, жизнь протекает в разных пластах, и в каждом свои цезуры, свои паузы. Обычно эти цезуры не совпадают. Один пласт подпирает другие, в которых жизнь на время угасла. Самая большая опасность, когда цезуры возникают одновременно во всех пластах».

Эрих Мария Ремарк, «Тени в раю».

 

Стемнело, пошёл погулять перед сном, необходимо что-то вроде «жареной печёнки с луком». КПП границы метров 300 от гостиницы. Там стоят-ночуют в очереди в Россию машины. Подхожу, слышу издали – не монголы, ближе... «пш, пш...». «Вы поляки?». «А, добре здравие!». Опять поляки! Польша оккупировала Монголию.

2 чела, лет по 40, их старенький Мерс-внедорожник. Опять очень приятные люди, они уже не первый раз в Монголии, до этого Тува, Алтай. С иронией о Европе: сервис, деньги, природы дикой нет... Таково и моё впечатление о странах Шенгена. Сожалеют, что скоро Монголия обзаведётся национальными парками, свободно уже не погуляешь.

Да, эта страна... монгольская девушка, с распадом соцлагеря лишилась невинности, не задумываясь, по любви даёт всем подряд. Рано-ли, поздно всё изменится. Туроператоры-сутенёры посадят девушку в золотую клетку, и страна станет как какие-нибудь ЮСА или Шенген, цивилизованным публичным домом.

Подошли монгольские пограничники, Мирослав из мерседеса стулья складные достал, водку, я за пивом сбегал. «Подходи завтра утром, я тебя первого пропущу, ты фрэнд!» - товарищ в фуражке меня обнимает.

 

РОССИЯ

 

Не челнок, только личные вещи, поэтому даже декларацию не заполнял. На нашей стороне жду поляков, предлагали вчера вело на крышу, до Улан-Удэ подбросят. Тут тоже очередь в Монголию, чехи на машине. А это кто? пухлые, рыхлые, в дайхацу два «гамбургертуристо». «Ю фром?». «Америкен». Смотри-ка, поколение фаст-фуда тоже Монголией интересуется. Автобус стоит большой, он каждый день ходит от Улан-Удэ до Улан-Батора, 600 км за 900 рублей. Вело в нём провести можно, шофер сказал. С его же слов – поездом дороже, 1500 рублей.

Верно, у поляков было что-то не так с визами, ждал их больше часа, поехал своим ходом, и свернул не туда, и двое суток блуждал по Бурятии. Среди посёлков со смешанным населением из бурятов, русских и раскольников-никонианцев с чудными именами: Абрам, Мамонт... – пока молчаливый водитель на «Соболе» одним 4-часовым рывком не вернул меня в долину красавицы Селенги, к Транссибу.

 

Что сказать под конец? Я полюбил «русский пояс» Монголии и меняю его на Китай и Шенген. Причина: природа. Когда-нибудь поеду туда снова. Не был, но, думаю, ничем меня в будущем сильно не поразит ни Непал, ни Индия. «Дебри Индостана»? Это всё в прошлом. Дебри людей.

Может, я не прав. Поживём – увидим.

 

Владимир Грышук

 

1-й репортаж            2-й репортаж            3-й репортаж

 

На главную