О. Шикотан, 22 июня-2 июля 2012 г.

 

Источник: http://ecosite.ucoz.ru/publ/shikotan/1-1-0-13

Перепечатано с разрешения автора

 

Так уж случилось, что прочитав на сахалинском интернет-форуме призыв: "требуется крепкий здоровый мужик для оказания помощи ученому-ботанику, едущему в научную экспедицию на о.Шикотан", оценила свою грузоподъемность и ходовую часть, и приняла решение участвовать в кастинге. Чудо было призрачным, но слегка ожидаемым – учитывая мои круглогодичные лесные вылазки, меня утвердили)). Вырвала кусок отпуска на работе, пристроила своего престарелого кобеля и такого же кота, оформила пропуск у пограничников, купила билеты на пароход. Вот уж и рюкзак пора паковать бы, да случилась незадача – рейс перенесли на два дня из-за поломки судна. О времени отхода надо было узнавать дополнительно, хоть на кассе и висело объявление, что погрузка в 18 часов. Таким образом, когда утром 22 июня я позвонила своему ботанику и сообщила, что пароход отходит в 14-00, для него это стало сюрпризом. Успели! На такси.. Рюкзак научника был велик, как Джомолунгма. Как оказалось кучу места в нем занимали старые газеты, необходимые для гербария и гербарные папки. Внушительным был и пуховый спальный мешок времен очаковских, весом килограмм пять, не менее. Моя снаряга чуть более современна и компактна, поэтому и размеры рюкзака были менее внушительны. Все это пришлось запихивать в вырезанное окно автобуса, доставляющего пассажиров с морвокзала на судно. Кое-как затащила Джомолунгму и заодно помогала принимать другие чемоданы-коробки на радость публике. Вот и "Игорь Фархутдинов" .. Все с билетами, грузимся без суеты и нервов. В каюте на самой нижней палубе кроме нас еще парень с Южного и девушка с Шикотана. Море спокойное, но загодя глотаю две таблетки от укачивания и снабжаю ими же научника – морская болезнь в наши планы не входит. Отчалили! Впереди полторы суток пути с заходом на остров Кунашир, а пока… в общем, так долго я никогда не спала). Периодически меня будил "шеф", который по условиям пребывания обязан был меня кормить, и водил в ресторан.. Вот и о.Кунашир..

 

 

 

С палубы наблюдаем выгрузку автомобилей и людей

 

 

 

Местных немного, в основном наемники на путину, если судить по одежде.. озираются на туманные берега и ежатся под моросью. Мне их заранее жаль – не факт, что денег заработают, а домой вернуться отсюда ой как сложно! Билетов на пароход на островах не продают. Если хочешь уехать – иди в местную администрацию и записывайся в список желающих. По прибытии парохода этот список зачитывает вахтенный матрос и, если повезет, ты попадешь на судно и тебе продадут заветный билет. Да вот беда – в списке человек 200, а взять могут гораздо меньше – человек 65, как оказалось в нашем случае. Поэтому нам застолбили места еще за месяц до нашего вояжа, но опытная девушка-шикотанка предупреждала, что все это зыбко и ненадежно, человеческий фактор перекраивает очередь. Забегая вперед скажу, что в итоге нам повезло, но человеческую трагедию людей, оставшихся на причале и цепляющихся за трап, который убирают, я не забуду никогда. Местные вернутся домой до следующего парохода, а контрактники-путинники уже выселены из общежитий, они останутся просто на улице. За державу стыдно, эти люди ей по барабану.

......Тем временем показался Шикотан, и через некоторое время мы шагаем по земле Малокурильска к станции цунами, где нам предстоит обосноваться на несколько ночей между вылазками на окраины острова. Идти недалеко. Двухэтажный домик расположен на склоне сопки. После землетрясения в нем из восьми квартир заселены три. Нам дают ключ от одной из пустующих на первом этаже. Это что-то типа гостиницы.. три комнаты, кровати в два яруса, кухня со всем необходимым. Газовая плитка, холодильник, электротитан, туалет. Жить можно весьма недурно. Говорят, во время визитов японцев их размещают здесь же. Батареи отопления отрезаны, но есть масляный обогреватель, который я сразу окрестила костром. "Костер" во время нашего мимолетного присутствия горел постоянно, выполняя попутно функцию сушилки для отсыревших гербарных газет.

 

 

 

Встретил-разместил нас добрейший и милейший человек – Александр Алексеевич, геофизик, живущий на Шикотане долгие годы. Справилась о погоде на предстоящие сутки. Выслушала очень подробное объяснение про движение воздушных масс, обусловленных температурой воды в океане и на суше, рельефом и т.д. Наконец грянул вывод – дождя не будет. Слава КПСС!!

Вечер клонился к ночи, утром нас ждал первый обязательный маршрут – на гору Томари. Разложили карты.. Надлежало добраться до Крабового (с.Крабозаводское-прим.), далее по реке Анама до ее верховьев, ну а потом.. потом наверх, на Томари. Высота невелика, весь Шикотан невысок, но изрезан хребтами изрядно, порой напоминая кучу поставленных на ребро заросших сквозь бурелом лесом шоколадок. Главное и основное – здесь нет медведей!! И бамбук в основном всего-то до колена, хотя иногда попадали мы во вполне сахалинские заросли, скрывающие человека полностью. Рано утром за нами подъехала машина – Александр Алексеевич договорился с соседом за вполне умеренную плату (мешок сахара), чтобы он довез нас как можно ближе к Анаме. Забирать нас должны были на следующий день в 18 часов. Попрощались, и в путь!!

Путь не был сложным и изматывающим. Через несколько часов, подобравшись к г. Томари поближе, поставили палатку, оставили рюкзаки и налегке пошли дальше по бамбуковым склонам, идущим вперемешку с можжевельниковыми заплатками, зарослями березняка, высотой с меня ростом. В местах выхода на поверхность сопки воды почва под ногами начинала чавкать, но было не топко.

 

 

 

Близость Томари оказалась обманчивой, добирались-карабкались мы на нее еще немало времени. Ура! Высота взята, выше нас только небо! Ух, как красиво!! На многие километры нам подарена видимость солнечного дня, бухты Шикотана как на ладони, и во всей красе стои́т сверкая изумрудными хребтами недалекая соседка Томари – гора Натаро. Чудо, как хороша! Жаль, что нам на нее не надо.

 

 

 

Но... делу – время. Шеф начинает свою ботаническую охоту, моя задача поспевать за ним, фотографировать все, что скажут. Какая удачная компания! Не устаю слушать про растения, для меня все вновь, все интересно, одна беда – в одно ухо влетает и практически все в это же ухо вылетает. Но что-то всеж-таки остается)). Я теперь знаю, что такое сон-трава!! Очень красиво!

.....Гербарная папка моего ботаника пухнет на глазах, поглощая в себя все попадающиеся на пути образцы флоры горы Томари. Что поделать, такое у него задание – собрать ВСЕ!. Хорошо, что многое повторяется, но и без того собранный материал объемен. Конец дня близок, и я начинаю все чаще поглядывать в сторону океана, откуда серой кошкой на Шикотан начинает наползать туман. Намекаю научнику, что пора сворачиваться, перспектива искать свою палатку по всем «полкам» (возвышенность над рекой – прим.) реки Анама меня не радует. Стартанули с вершины, я двигаюсь резво, пытаясь вогнать в свой темп ученого спутника, но он смотрит себе под ноги и не замечает, как уже скрылась из вида вершина Томари, которую мы только что покинули. Тактично тороплю шефа – эффект почти нулевой, он собирает, собирает, собирает… Наконец-то добрались до бамбуковых склонов, туман преследует нас по пятам... почти бегу по своим утренним следам, забираюсь на склон и вижу внизу наше жилище. Все, теперь можно не торопиться, мы на месте ночевки. Занимаюсь делами крепкого здорового мужика)). Дрова, вода, костер, еда. Нещадно и бесконечно орет дятел, видно мы расположились где-то поблизости от его гнезда. Ужинаем и с темнотой проваливаемся в сон, очень надеясь, что новый день не огорчит нас дождем.

…....Утро разбудило истеричными воплями дятла и ярким солнечным светом. Подъем в 7, завтрак, перекладывание вчерашних гербариев шефом и мои хоздела. Укладываю его Джомолунгму сама, не доверяя его хаотичному творчеству в этом процессе. Не торопимся, до 18 еще куча времени и на обратном пути останавливаемся на Анаме порыбачить. Мелочевка охотно клюет на червя, снасти всегда у меня в рюкзаке. Вечером на станции едим из нее немудреную уху. Посещаем магазин, обеспечивая себе пропитание на грядущие четыре дня, которые предстоит провести исследуя северо-запад Шикотана. Наши географические намерения вводят в легкое замешательство местное население.. Александр Алексеевич приносит карту береговой линии острова – везде непроходы, т.е обрывистые скалы и водопадные устья рек. Все стараются помочь советами, ибо путь совсем неблизкий, дойти надо до крайней западной точки острова – мыса Угловой. Водитель, что подвозил нас на Анаму, предложил добраться до Углового на лодке. Цена вопроса была 3000 руб. и мы уже согласились, но перспектива быть утопленной в водах Тихого океана меня в общем-то не радовала. К счастью мои опасения поддержал и наш Александр Алексеевич, резонно заметив, что едва ли мы сможем подняться на сопку с места десанта. Никто и никогда так не делал, и вообще в этих местах нога человека по сопкам давно не ступала. До полуночи изучали карты, при этом я периодически будила своего ботаника, который клевал носом под монотонные рассуждения геофизика). Перспектива передвижения вырисовывалась весьма туманно и сулила бесспорную нескучность. ГПС навигатор оказался практически бесполезным, ибо только на Шикотане я обнаружила всю убогость залитой в него карты острова. Были конечно и другие карты, но суровая действительность превзошла все наши ожидания, предъявляя по мере передвижения неучтенные на карте хребты и кромсавшие эти хребты ручьи. Ой, мама, Шикотан!

.....Наступившее утро встречает нас солнцем. Это, несомненно, радует, дождь изрядно усложнил бы научный процесс, но не отменил бы его, уж это точно.

Около 10 подъезжает машина. На ходу отрекаемся от лодки и доставки по морю, и ставим новую задачу – подножье горы Горобец. Это сразу за Крабовым, там стояли раньше военные, и дорога неплохо сохранилась. Добираемся быстро, как всегда под музыку моей давней юности, которая в явном почете у владельца авто. На сей раз это песня «Белые крылья».. «белые крылья, полет неземной, мы ведь любили друг друга весной».. как-то так.. Шеф расплачивается пятисоткой, рюкзаки на плечи и - в путь, предположительно на три дня. На первый день задача несложная – гора Горобец у нас под боком, вот только заночевать мы должны, спустившись с нее и перебравшись на другую сторону реки с одноименным названием. Вообще-то кроме этой реки нам предстояло до конца дня преодолеть еще один хребет и одну реку, но главное – Горобец, которая являет собой местную Волгу, да еще с топкими берегами. Нам было рекомендовано искать брод в районе морской косы, но что-то очень неуверенными мне показались эти советы). Ладно, будем решать проблемы по мере их поступления). …. Поднимаемся на гору по старой танковой дороге. А вот и они – танки..старые, ржавые, но с инвентарными номерами правительства Сахалинской области, датированными 22 июня 2012 г. – за четыре дня до нашего пришествия сюда.

 

 

 

Устраиваем фотосессию. Над водой поднимаются остатки утреннего тумана, и главной фотомоделью становится грандиозный, красивейший, в общем слов нет какой потрясающий - вулкан Тятя!

 

 

 

Он на соседнем острове, имя которому Кунашир. Кунашир прорисовывается все яснее, фотаем не только Тятю, но и вулкан Менделеева. Своим юго-западным «хвостом» обозначивается еще один брат из Курильского семейства – остов Итуруп. Вся эта картина впечатляет. Вспоминаются слова из песни.. «острова, как будто сейнера, в Россию возвращаются с путины». Очень похоже. Очень!,,, Но делу – время…Шеф начинает свою охоту на шикотанский эксклюзив. Я неподалеку, брожу, заглядывая в бетонные подземные сооружения, что связывают танки между собой. Спустя некоторое время обнаруживаю научника расстроенным – он потерял секатор.. Потеря серьезная, надежды найти орудие труда практически нет, но шагаю в обратный путь, изо всех сил разглядывая примятый бамбук, пытаясь угадать его следы. Нахожу-таки секатор и возвращаю его безмерно счастливому хозяину. Можно уже спускаться к реке, но шеф вспоминает, что в процессе собирания «икебаны» не сорван какой-то «цветочек аленький», который ему попался на глаза в районе первых танков. Укладываюсь на бамбук, пристраивая под голову Джомолунгму. У меня уйма времени для крепкого здорового сна на свежем воздухе.

…Наконец можно продолжить путь, и вскоре мы спускаемся к реке по ручью, впадающему в нее неподалеку от устья. На громадных обломках скал цветут эдельвейсы, среди травы обнаруживаем невесть откуда взявшиеся нарциссы. Река несет воды неторопливо, всем своим видом демонстрируя наплевательское к нам отношение. Пару раз суемся в воду, рискуя остаться без сапог – их тут же засасывает ненасытное дно. Уныло движемся к «воротам» в бухту, но скалы прижимают нас к воде гораздо раньше места встречи реки и океана. Над водой рассекает баклан, ему наши проблемы неведомы. Наконец обнаруживаем, что дно реки становится каменистым. Камни крупные, покрытые водорослями и разумеется скользкие, но это все-таки камни. Других вариантов у нас нет, поэтому разуваемся-раздеваемся, навьючиваем рюкзаки и форсируем реку по пояс в воде. Хорошо, что не глубже, гербарные папки нельзя мочить ни в коем случае. Радость от преодоления водной преграды безмерна. Оставшиеся трудности дня представляются сущей мелочью. Одеваться не хочется. Покоренный нами берег реки плавно переходит в песчаный пляж бухты. Песок черный, явно вулканического происхождения, такой встречался мне на Сахалине в районе мыса Мраморный. Идти по нему очень трудно, но сейчас хочется просто отдохнуть. Пляж обнаруживает явные следы посещаемости человеком - немного мусора и, главным образом, обрывки сетей. Сюда добираются по морю на лодках на отдых и для занятия браконьерским промыслом. … Привал недолгий. Обсохли, оделись. Прямо в ворота бухты на нас, сверкая снежниками, исполином смотрит Тятя. Бросаю беглый взгляд на скалистый берег и улыбаюсь словам геофизика, произнесенным день назад за ужином. Да и действительно, «зачем подробные карты северо-западного побережья, если там одни непроходы»? Топаем по песку и упираемся в подножье хребта. Подъем ОЧЕНЬ крутой! Поначалу вверх ведет подобие тропинки, которая внушает несомненный оптимизм. Цепляясь за все. что попадается под руку, довольно скоро достигаем высокой точки..Вот и все. Мы в царстве бабы Яги. Нас окружает сплошной бурелом, сквозь который проросли огромные хвойные деревья, опоясанные лианами толщиной в мужскую руку. Всюду на ветвях висят лишайники. Больше всего поражают размерами тисы - таких громадных деревьев я никогда не видела.

 

 

 

Шагаю в сторону предполагаемого спуска и обнаруживаю, что хребет с этой стороны заканчивается обрывом. Внизу, как и положено, Южно-Курильский пролив. Продвигаемся вдоль хребта с поистине черепашьей скоростью – идти между деревьями даже без рюкзаков трудно, нам же и вовсе приходится то ползти на четвереньках, то перелазить бревна поверху. Больше всего проблем в «молодняке», протиснуться сквозь него просто невозможно, приходится искать обходные пути. Наконец темнохвой заканчивается . Вокруг заросли можжевельника, курильского чая и еще какого-то кустарника, название которого произнесенное сто один раз так и не уместилось в моей голове. Обрыв остается немного в стороне, давая нам место для маневра, и вот уже внизу становится виден ручей, на котором нам предстоит ночевать. Взгляду открывается очередная бухта, уставший организм предвкушает заслуженный отдых. Отрешенным взором сканирую с набранной высоты противоположный берег ручья. Достаю карту. Снова и снова всматриваюсь в суровую реальность. Увы, вместо распадка, по которому нам надлежит завтра продолжить путь на гору Плоская , перед нами высится еще один «хребтик». Он не вели́к, но чертовски крут, и его существование нас совсем не радует. Время неумолимо движется к закату. Солнце, похоже, сочувствует нам, но бросает последний свой луч и скрывается за сопками. Ищу место для «парковки». Ставить палатку на склоне, разумеется, не очень замечательно, но другого просто не дано. располагаю свой пятизвездочный отель прямо на можжевельнике, получается неплохой матрац. Развожу костер, опасаясь спалить огнем окрестные кусты вместе со всем Шикотаном сразу. Шеф спускается за водой к ручью. Наступают сумерки и наконец-то уходит спать местная мошка-«белоножка», пившая целый день нашу кровь. Ужинаем, пьем Курильский чай, заваренный листьями свежеощипанного кустарника с одноименным названием. Спать ложусь с мыслями о завтрашнем дне, точно зная, что будет он не из легких.

 

. …Ночь проходит в борьбе с рельефом местности, с мимолетными перерывами на сон. ..Наступившее утро снова радует солнцем, но росы нет, и от погоды можно ждать изменений не в лучшую сторону. Мошка проснулась раньше нас, безмерно рада нашему появлению и с аппетитом начинает завтракать всем, что не покрыто одеждой. Вместо умывания мажусь кремом от комаров и брызгаюсь каким-то аналогичным чудо-средством. «Белоножка» удивляется недолго, уже скоро мне приходится выковыривать ее из глаз, прямо с линии роста ресниц. Отчего-то вспоминается лошадь, на которой я каталась прошлым летом, она даже моргать не могла из-за облепившего глаза гнуса. Вяло отбиваюсь, вспоминая милых сердцу, таких родных комариков. Где вы, мои славные винтокрылые)?, Где ваше нежное «дззззз»))?. …Утренний распорядок не меняется. Позавтракав и собрав рюкзак, положив обязательный кусок шоколадки камуям (лесным богам -прим.) оставляю ботаника перекладывать вчерашний гербарий, а сама бреду по склону наверх, туда., откуда «свалились» вечером. Набираю высоту и иду в сторону обрыва, надеясь разглядеть обходной путь «хребтика» со стороны моря. Картина открывается потрясающая, хотя во многом уже знакомая. На привычном месте во всей красе Кунашир, да красивейшая береговая линия Шикотана с обрывистыми берегами, не дающими ни малейшей надежды обойти преграду морем.

 

 

 

Солнце припекает все сильнее. В небе «тусуются» три пернатых хищника, в море на обломках скал резвятся и орут, словно пьяные мужики, нерпы. Возвращаюсь к шефу. Беглого взгляда в его сторону достаточно, чтобы понять, что он не выспался и не отдохнул. Помогаю паковать Джомолунгму. Добытый с горы Горобец материал увеличивает вес рюкзака. «У ученых к концу похода рюкзак тяжелеет, а у туристов – наоборот». В изречении шефа слово «турист» видится мне почти ругательным). Согласно киваю, с тоской смотрю на «хребтик» и взваливаю на себя рюкзак. Пора … Утро придает силы, потеряв высоту, быстро «седлаем» хребет и снова сваливаемся вниз к небольшой речке в которую впадает НАШ ручей. С высоты хребтика изучаю грядущую перспективу. Оптимизма маловато. Правый берег ручья довольно крут и увенчан проросшим буреломом. Левый более пологий, заросший травой, лопухами и чем-то еще, что разглядится позднее. Довольно скоро ручей делает изгиб за сопку, что там ждет нас – пока не ясно. Не спеша движемся вверх по течению. Дорогу практически сразу преграждают мелкие овраги. После нескольких таких преград мы сдаемся и начинаем двигаться вверх прямо по руслу. Ручей пробивает себе дорогу сквозь густые заросли деревьев и валежник, коим щедро наделены оба берега. Все остальное пространство на сколько хватает глаз надежно взяла в свои владения ипритка (сумах- прим.). Заросли ее воистину непроходимы, она стелется по земле, искусно оплетает деревья, она - просто красавица)…но вся ядовита и любое прикосновение к ней может вызвать серьезнейшие ожоги и язвы.. говорят, исход бывает даже фатальным. Проверять это на себе совсем не хочется. Одеваем перчатки, чтобы не поздороваться случайно с украшением местной флоры)), Вверх ползем бесконечно долго, делая лишь небольшие привалы. Мошкара грызет без устали прямо через одежду, не успеваю стряхивать с себя клещей, коих здесь несметное множество. Кажется, шеф умудряется что-то собирать. Украдкой наблюдаю за его работой. Ему значительно тяжелее, чем мне, огромный рюкзак и гербарная папка заставляют выверять каждый шаг на скользких камнях. Наконец наша водная тропинка заканчивается, мы поднимаемся по склону сопки выше и выше, заглядывая по пути на все ее каменные обрывистые выступы. В душе моей растет неподдельное уважение к ботаникам всего мира. Мы оба устали, но шеф спокойно и размеренно продолжает складывать все новые и новые растения в изрядно потрепанную за день гербарную папку. К концу дня, пройдя весьма тернистый путь, выбираемся на дорогу, что ведет в бухту Церковная. Нам в другую сторону – по бамбуку на запад, на мыс Угловой. Ночевать останавливаемся в пологом «седле» между двумя сопками. На шикарной зеленой траве, на ровном месте(!) ставлю палатку. Шеф перекладывает гербарий. Ужинаем кашей с тушенкой, пьем Курильский чай и падаем замертво…

....Утро снова одаривает нас солнцем. Мошка привычно завтракает мной, устраивая шведский стол по системе «все включено». Поворачиваю обратной стороной фотоаппарат и вижу отражение своей заплывше-опухшей физиономии... «Я ль на свете всех милее?».

...На мыс Угловой идем налегке, спрятав ночевочное снаряжение в хвойнике и оставив собранный шефом материал сушиться на солнечном склоне. Путь идет через гору Плоская. Низкорослый бамбук и отсутствие тяжеленных рюкзаков превращает дорогу в приятную прогулку. Набрав высоту, обнаруживаю, что «Билайн» переместил меня ненадолго на «яркую сторону» и, пользуясь моментом, звоню Александру Алексеевичу, чтобы сообщить, что задержимся еще на сутки. … Растительность здесь невелика.. На бамбуковых коврах почти правильными кругами, словно летающие тарелки, распластались «блины» можжевельника. Сопки, которые мы огибаем на пути к мысу, видятся мне пирамидами и курганами. Под редкими рощицами карликовых берез зеленеет трава. И все это периодически сменяется шикарнейшим ковром невероятно красивого разноцветья.

 

 

 

Замечаю за собой прогрессирующий пофигизм... я уже не ношусь за ботаником, чтобы сфотать все редкостные редкости на нашем пути, взамен его усопших батареек выдаю новые на его фот. «Далека дорога твоя, далека, дика и пустынна..» . Сопки, как волны, то поднимают нас наверх, то мы вновь скатываемся вниз перед новым подъемом. Здесь нет ненасытной мошки в тех несметных количествах, что объедала нас вчера, и нет ипритки. На фоне этого обстоятельства становится ничтожным отсутствие воды и еды. В рюкзаке у меня только термос с кипятком, чай, сахар, пара пачек гематогена и остатки шоколадки. Там же лежит и наш несваренный ужин, но это на случай непредвиденных обстоятельств.

…Добрались. Это самая западная точка Шикотана. Еще издали видно, что практически весь мыс покрыт можжевельником, который оказался весьма рослым. Передвигаться по нему очень неудобно, иногда приходится перемещаться на четвереньках, чтобы не провалиться и не застрять в ветках... Сам мыс, традиционно каменистый и обрывистый, со всех сторон облеплен цветами. Не устаю удивляться, как на голых камнях, на таком ветру может расти что-то живое, да еще такое красивое)). …Где-то внизу слышен звук мотора. Шеф достает бинокль, ожидая увидеть под нами лодку, но вместо лодки между Шикотаном и Кунаширом видим пароход. Вид плавсредства освежает в памяти грядущую проблему с возвращением домой.. Гадаем, на какой остров зарулит корабль, и хватит ли нам места, чтобы через двое суток спать в его каюте. Шеф не отличается оптимизмом в этом вопросе, может он просто реалист до мозга костей, но мне хочется его грохнуть даже за тень сомнений в успехе мероприятия. Оставляю ботаника жить, - наука не простит мне вольного обращения с лучом света в темном царстве… Из-за мыса выскакивает моторка.. Разглядываем в бинокль лодку и людей, которые не подозревают, что кто-то следит за ними с высоты птичьего полета. Фотографирую обрывистые берега и живописные бухты. …Пора возвращаться, и впервые предательски накатывает грусть. «Официальная часть» нашего визита закончится сегодня, это будет последняя ночевка в палатке у костра...

…Догорает день. Выбираемся на дорогу с которой начали утром свой путь. Нарушаю традицию и сама спускаюсь к ручью за водой, жадно пью и не менее жадно умываюсь. Мошка уже спит и можно наконец–то смыть с себя слой химзащиты. Собираю попутно дрова. Выбеленные солнцем и ветром, останки деревьев напоминают высушенные рога и кости. «Рога» горят просто замечательно, для «долгого» огня пилю крошечные березы. Они ростиком мне по колено, стараюсь выбрать покрупнее, но вариантов негусто.. На огонь ставлю два котелка – чай и каша- пища наша!!), а уж потом неспешно «строю» наш «отель».

… Все дела сделаны..шеф давно спит...лежу на траве, наслаждаясь красотой теплой ночи и подбрасываю дров в огонь. Память услужливо рисует картинки из прошлого, и хорошие, и всяко-разные.. Спать не хочется, совсем не хочется возвращаться домой, не хочется..но надо…

...Разбудил меня ветер.. Он шуршал травой и трепал палатку, мечтая унести ее, как Мери Поппинс. До подъема еще целый час, но уже не спится. Солнце сегодня не заглядывает в наш дом, поэтому, выбираясь наружу, ожидаю увидеть морось-туман, или еще что-нибудь мокрое. Но на улице сухо.. и чего-то не хватает…Беру емкость под воду и иду на ручей, нарушая водоносный ритуал шефа. Пробираясь к ручью, вдруг понимаю – не хватает мошки!!! Ветер теплый, но сильный, разогнал наших мучителей по укромным местам, лишив их возможности нами позавтракать. Это удивительное чувство – светло, а ИХ нет. ...Неспешно завтракаем и начинаем собираться в дорогу. Смотрю на Джомолунгму, оценивая ее выносливость и вместимость. Ей надлежит пронести в себе все то, что добыто ее хозяином за прошедшие три дня. Это три большие связки гербариев, какие-то каменюки, облепленные лишайниками и что-то еще, чего уже не упомню. На свое законное место в Джомолунгме претендует и спальный мешок, но, как и ожидалось, ему придется аскетично болтаться за спиной хозяина. …Путь наш лежит в Крабовое. Мы идем по дороге, что ведет оттуда в бухту Дельфин. Сопки вокруг во власти бамбука, корни которого устилают накатанную колею. Из-за этого приходится идти внимательно, постоянно боимся споткнуться и все же частенько спотыкаемся. Дорога пустынна. Порой она кажется неплохо проезжабельной, но порой удивляешься, не померещились ли нам пару дней назад два авто, встретившиеся по утру. Один подъем особенно запомнился - я лезла вверх по сыпучим камушкам почти на четвереньках.

…В бамбуковые «степи» все чаще вторгаются одиночные деревья, и вскоре мы уже идем по настоящему рослому лесу. Темнохвой чередуется с каменной березой, бамбук здесь же, но заметно прибавил в росте, выглядит почти по-сахалински, дотягивая мне до плеч. Ветра здесь нет, солнце давно разогнало туман , ручьи тоже давно не попадаются. Очень жарко. Где-то впереди река Горобец, та самая), но теперь это ее срединная часть и форсировать ее мы будем просто – по мосту. Несколько раз позволяем себе отдохнуть недолго, но без воды в жару такие остановки не приносят особого облегчения. Наконец выходим к реке, переходим мост и, разувшись, усаживаемся на крутом берегу, болтая ногами в холодной воде. Как мало человеку надо порой для счастья)! ..Река и здесь приличной глубины, яма под нами без сомнения накроет меня с головой. Очень хочется искупаться, но переодеться не во что. Увы.. Просто сижу и смотрю в прозрачную воду, как в аквариум, завидуя рыбешкам.. Допиваем последний чай, доедаем последние крохи перекуса. Слышен шум авто, и вот уже к мосту подъезжает джип, битком набитый молодыми ребятами. Едут в Церковную, или в Дельфинку, или еще бог знает куда. Здороваюсь. Узнав, что мы премся пешком с Углового, народ смотрит на нас, как на инопланетян. Оказывается, что до Крабового уже рукой подать – час-полтора пешком, но и силы наши тоже на исходе. Шеф категорически не желает тащить дальше Джомолунгму и принимает решение спрятать рюкзаки, чтобы потом забрать их на машине. Достаю ГПС-навигатор и треккер. Это самое ценное, хотя очевидно, что сегодня оно уже не пригодится. Складываем в пакет еще кое-какие вещи на случай внезапной перемены погоды. Ботаник выбирает укромное место и поистине виртуозно, не помяв ни одной былинки, перетаскивает рюкзаки в схрон. Налегке бодро шагаем по дороге. Пытаюсь разглядеть в телефоне признаки жизни Билайна, но вижу только то, что батарее жить осталось всего ничего. Поднявшись на очередную сопку наконец-то ловлю связь и звоню Александру Алексеевичу, чтобы доложить обстановку и выклянчить соседа с машиной, пусть даже и за два мешка сахара). Но геофизику порадовать нас нечем – авто соседа в ремонте. Выключаю телефон, боясь его безвременной кончины ..топаем дальше, вариант возвращения пешком за рюкзаками веселит нас, но всерьез не воспринимается.

..Места становятся узнаваемыми – мы там, откуда начинали путь на гору Томари. Снова включаю телефон и узнаю, что за нами едет джип. По инерции продолжаем идти, но выйдя на окраину Крабового падаем в придорожную траву, пытаясь укрыться от солнца. Жду машину и разглядываю электростанцию, построенную японцами после землетрясения. Аккуратно-игрушечная, стоит неподалеку от развалин бывшего рыбокомбината. Жаль, но его восстанавливать, понятное дело, уже никто никогда не будет.

… Вот и наш спаситель. Молодой человек в форме морского офицера выглядит безукоризненно, его лицо кажется мне знакомым.. Садимся во внедорожник и возвращаемся на реку за рюкзаками. Наши пыльные "редикюли" грузим сами, категорически отвергая предложенную помощь. Пытаюсь разговорить немногословного водителя, но получается не очень. Однако то, что удается узнать, несомненно радует, а именно - предыдущим рейсом пароход забрал с острова 120 человек, еще около 40 человек ушли на военном судне. Все это дает повод для надежды в успехе завтрашнего нашего отъезда.. За недолгие минуты подъезжаем к Крабовому.. Как там у Пушкина …"Счастье было так близко, так возможно"?))). Мыслями мы были уже в Малокурильске, но неожиданно пришлось выгружаться, офицеру срочно пришлось вернуться на службу…

… Мы сидим на пыльной траве возле местной парикмахерской с гордым именем "Локон" и едим мороженое, запивая его соком. До автобуса еще больше часа. Очень жарко. Наш походный вид и рюкзаки привлекают внимание местного населения, не избалованного событиями. Подходят, интересуются, откуда нас занесло, что интересного и нового унесем мы в памяти об их острове… Знакомимся с молодой девушкой.. она москвичка, орнитолог, третий год живет на Шикотане, изучает птиц. Прощаясь, желаем друг другу удачи, хотя бы в виде хорошей погоды). ….Поездка в пыльном бесплатном автобусе до Малокурильского – эпизод несомненно яркий. Все шесть километров водитель-грузин матерится страшными словами в адрес дороги, автобуса, завода, который сделал этот автобус, конструктора, который его сконструировал и, разумеется, в адрес пассажиров тоже. Весь недолгий путь меня разбирает смех, но мы сидим тихо, как мыши под веником, мечтая хоть как-нибудь добраться наконец до дома. Устало поднимаемся от дороги к нашему "отелю".. вот и все..можно сбросить рюкзаки. Включаю "костер", прошу шефа дотянуться до автомата под потолком, который дает жизнь титану. Заглянув в холодильник обнаруживаю битком забитую вареными крабами морозилку - подарок водителя..Иду в магазин за продуктами с чувством, что вместо рюкзака за спиной выросли крылья))).

.....Я просыпаюсь в шесть утра.. уже давно рассвело и организм привычно готов включиться в работу.. но костер разводить не надо, и вода исправно течет из-под крана.. Умываюсь и выскользаю на улицу. Поселок еще спит. Впрочем, чего бы ему не спать – сегодня воскресенье. Сегодня мы должны покинуть этот чудный остров, но это будет поздно ночью, " по нолям", как сказал наш добрый знакомец, офицер-пограничник Владимир.. по нолям.. целый день впереди. Взгляд притягивает гора Шикотан. Вот она, совсем рядом, рукой подать. Штурмующее с востока солнце украшает ее золотой короной. ..Возвращаюсь в "отель"..Достаю карту и ГПС-навигатор. Шеф по-прежнему спит, не подозревая, что первая половина дня у него будет занята восхождением на недалекую вершину. До восьми навожу марафет на кухне…все.. ждать больше нет сил. Стучу по дверному косяку костяшками пальцев. "Пора вставать!". Возражения типа "сегодня выходной" мной категорически отвергаются. Завтракаем и, впервые за многие дни, отправляемся в путь не груженные, как индийские слоны. Солнце заполняет собой все пространство. Воздух переполнен запахом моря и вареного краба. Грунтовая дорога очень скоро переходит в натоптанную тропинку. По всему видно, что гора вниманием не обделена и вполне посещаема. Красиво... Кажется, задохнешься от простора и тишины, что вокруг тебя.. Над обрывом пасутся кони. Узкая береговая линия далеко внизу, метров триста, не меньше, зажата с двух сторон непроходами. Наверное подойти к ней можно только с моря, однако встречаем закрепленный намертво канат, наподобие спортивных, конец которого уходит вниз, в сторону пляжа.. Триста метров по канату.. сомнительно, однако чем черт не шутит, пока бог спит.

 

 

 

Поднимаемся выше и очень скоро оказываемся на самой макушке. Всюду видны следы былого присутствия военных. Римскими амфитеатрами видятся мне бетонные основы радаров, тут и там ржавая техника, полузатопленный командный пункт. Безоблачный день дарит нам прекрасную видимость... Фотографирую мыс "Край Света", времени побывать на нем, увы, не хватает, что ж, есть достойный повод вернуться сюда еще раз.

 

 

 

Спускаемся с сопки по старой, заросшей ольховником дороге. Это последнее приключение, подаренное Шикотаном. Снова ручьи, снова овраги и снова красавица ипритка. "Сумах, сумах, осторожно, сумах", - эхом звучит голос шефа. Выбираемся к заброшенному панельному дому, двухподъездному и, кажется, трехэтажному. Скорее всего здесь жили семьи военных. Нет ни окон, ни дверей, но зато отлично сохранилась дорога. Повсюду валяются ржавые двухсотлитровые бочки. Они давно проросли лесом. Кажется, что кто-то развлекался, раскатывая их с вершины горы, у кого дальше получится. Возвращаемся в поселок. Сразу иду в магазин – обед и ужин я еще "при исполнении".

….Шеф перекладывает гербарии. Желая помочь, остаток дня сижу у "костра", подсушивая на обогревателе газеты…. Процесс паковки Джомолунгмы – это отдельная история... как бы там ни было, но все ботанические трофеи и личные вещи находят себе место, если не в самом рюкзаке, то в его собрате меньшего размера. Две гербарные папки упаковываем отдельно в полиэтиленовый вкладыш.. Все.. дела сделаны. ..На ужин зовем Александра Алексеевича.. Привычно сную между кухней и "банкетным залом"... чертовски грустно уезжать.. В холодильнике остаются наши консервы и непочатая бутылка водки, купленная "на всякий случай".. На мое "помя́нете" нас, сказанное геофизику, следует секундная пауза, переходящая в дружный хохот. …оговорочка по Фрейду.

…Уже давно стемнело. Время подхода судна весьма условно, поэтому периодически выхожу на крыльцо, убедиться в том, что причал пустой. Ночная бухта нарядно сияет огнями пришвартованных кораблей. Зову шефа на улицу. Усаживаемся на барабан из-под кабеля и в бинокль разглядываем жизнь порта. "Уж полночь близится, а Игоря все нет", - ботаник явно не лишен чувства юмора ("Игорь Фархутдинов" – наш пароход, Прим.). Наконец, в "воротах" видим пароход. На ум приходит В.Маяковский. "Это он! я узнаю его! В блюдечках-очках спасательных кругов."

Организм вышвыривает порцию адреналина – посадка на судно обещает быть нескучной и нам надо спешить. Навьюченные до ушей, в сопровождении геофизика спускаемся на причал. Там уже аншлаг из встречающих, убывающих и провожающих. Опускают трап, давая возможность спуститься прибывшим. Над всей этой суетой хрипло разносится: "Господааааааа! Господааааа! Отойдите, мать вашу, убьет вас, господаааа!!!" Под "вира" и "майна" спускаются трехтонные контейнера с коммерческим грузом для местных магазинов. Подъехавшие за ними авто мгновенно "отжимают" толпу от заветного трапа. Под очередное "господаааа!" протискивается внушительных размеров грузовик. Он принимает груз для "Гидростроя" – рыбоперерабатывающего предприятия, расположенного в Крабозаводском. Не считая метаний толпы с котомками, весь процесс выглядит весьма слаженно и колоритно. Наконец появляется вахтенный матрос и начинает зачитывать список тех, кто сегодня покинет этот берег. Первый десяток по одному поднимается на палубу.. следует пауза – счастливчиков определяют по каютам.. второй десяток.. снова пауза.. третий.. Напряжение нарастает.. Ловлю взгляд паренька, по-видимому выпускника - вчерашнего школьника. В его глазах перемешаны смятение и неподдельная тоска от грядущей неизвестности. Рядом с ним отец и мать. Им хватит места на пароходе, но что ждет его в дальних далях, когда останется один, без родителей.

…Наши фамилии в начале четвертого десятка. Прощаемся с геофизиком и поднимаемся на палубу. Администратор расселяет всех по каютам. В нашем "доме" уже расположились попутчики. Две женщины ужинают, поэтому, чтобы не мешать, зову шефа на палубу. Посадка закончилась. На причале десяток тех, кому не хватило места. Нет таких слов, чтобы описать их отчаяние, смотреть, как они цепляются за поднимающийся трап тоже невыносимо. На часах давно за полночь. Возвращаемся в каюту. Пора спать. Уже завтра мы будем дома...

…Меня не кусает мошка, и невесомый рюкзак не давит на плечи. Бурелом не преграждает путь, а ипритка вежливо расступается, открывая цветочное великолепие каменистых склонов. Ноги легко пружинят на можжевельниковых "подушках", унося меня туда, где горизонт сливается с небом , где под неприступными скалами бушует Тихий океан.. Ты мне снишься, Шикотан… Слишком часто, чтобы не понять, что это любовь.

© Ольга Моксунова

 

На главную