Мыс Юрлова

 

На топографических картах самый южный мыс острова Матуа называется Орлова, на морских - Юрлова. В известной книге К. М. Браславца прочитал, что мыс был назван в честь участника Второй Камчатской экспедиции, шкипера А. М. Юрлова, перезимовавшего на этом месте в 1756-1757 гг. На картах же была допущена опечатка, повторяющаяся с завидным постоянством до сего времени.

Видимо, японцы считали этот берег наиболее вероятным для высадки американского десанта, поэтому превратили мыс в настоящую крепость. На 160 метрах его верхней террасы расположены четыре японских дота. По одному на каждые сорок метров. В болотных сапогах перешел 50-метровый мелководный пролив и оказался на самом крупном из островов Дробных, по дуге окаймляющих мыс (илл. 18). На острове, представляющем естественную каменную крепость, все те же доты, окопы и искусственная забетонированная ниша, видимо, в случае обороны здесь располагалось пулеметное гнездо. Как славно, что воспользоваться этой крепостью японцам так и не пришлось. Сейчас здесь мирно цветут одуванчики, краснеет родиола розовая, обильно плодоносит шикша. Отсюда открывается изумительный вид на вулкан Сарычева, который пытаются накрыть облака с океанской стороны острова. Более мелкие острова – каменные скалы, на самой южной из них мирно отдыхают антуры. За мысом Юрлова берег поворачивает на северо-запад, валуны на берегу заменяет песок, обрывы на морских террасах переходят в крутые задернованные склоны. Мыс как будто разделяет два разных мира: спокойный и умиротворенный - с одной стороны и неистовый безумно красивый – с другой (илл. 19).

 

Илл. 18. Острова Дробные надежно прикрывают
южный выступ о. Матуа

Илл. 19. Эта лиса доставила нам немало хлопот

 

Иду дальше в бухту Айну. По пути между бухтой и мысом Юрлова хочу найти памятный знак американской подводной лодке «Херринг», затонувшей здесь 1 июня 1944 г. Знак этот установила на острове в 2005 г. экспедиция Евгения Верещаги. Для этого поднимаюсь на морскую террасу и обследую каждый столбик на ее бровке. Вниз открывался вид на сплошную сеть японских окопов. Дошел до бухты Айну, но так ничего и не нашел. Может быть, здесь поработал шквальный ветер, который на Курилах не редок?

 

Феномен бухты Кратерной

 

Когда проснулся, мой сосед по каюте Андрей Харламов уже вернулся с палубы, где встречал восход солнца над островами Ушишир. Этот архипелаг состоит из двух островов – приземистого и ровного как стол Рыпонкича, и кольцеобразного, гористого Янкича. На острове Янкича находится знаменитая бухта Кратерная. Но поскольку попасть туда простым смертным практически невозможно, бухта стала визитной карточкой скорее не Курильских островов, а Института морской биологии во Владивостоке, сотрудники которого в течение нескольких лет тщательно ее исследовали.

В молоке тумана наша лодка идет следом за лодкой Валерия Шубина, но та неожиданно завернула к берегу, не доходя до величественной скалы Колпак. Высота ее 125 м, на маленьких полочках селятся кайры, бакланы и чайки. Отчаянно машут крыльями топорки с красными клювами (илл. 20). Вокруг скал резвятся сивучи. Их жизнерадостные усатые морды каждый раз возникают в новых местах. Мелководный вход в затопленную кальдеру лежит в ста метрах левее скалы (илл. 21). Внутри острова лазурную гладь бухты зеленым амфитеатром окружают крутые стены кальдеры, которые разомкнуты только в его южной части (илл. 22, 23). Через эту брешь море ежедневно наведывается в Кратерную, но благодаря постоянному поступлению в бухту сильно минерализованных вод горячих источников, ее состав отличается от окружающих остров морских вод. Феномен бухты Кратерной обусловлен постоянным поступлением органического вещества, которое образуется благодаря работе хемосинтезирующих бактерий. Образованные ими бактериальные пленки (или маты) захватывают и окисляют сероводород, углекислоту, аммиак и множество других ядовитых соединений, поступающих в морскую воду из недр вулкана. Благодаря этому биомасса донных морских организмов вокруг подводных горячих источников на порядок выше, чем вдали от них. По сути, бухта Кратерная – это своеобразная естественная биогеохимическая модель, позволяющая пролить свет на многие фундаментальные вопросы морской биологии, в частности на красные приливы, самоочищение океана от вредных примесей и изменения, происходящие в связи с этим в геномах морских организмов.

 

Илл. 20. Топорок, о. Янкича (архипелаг Ушишир)

Илл.21. Мелководный вход в бухту Кратерную на о. Ушишир

 

Илл. 22. Узкой протокой бухта Кратерная
соединяется с Охотским морем

Илл. 23. Бухта Кратерная – уникальный морской водоем
расположен в вулканической кальдере о. Ушишир

 

По центру Кратерной возвышаются два экструзивных купола – острова, еще два купола, один из которых высокий и крутой, причленены к низкому южному краю кальдеры (илл. 24, 25). В юго-восточном углу бухты расположено сольфаторное поле изобилующее «котлами» с кипящей водой, грифонами с отложениями самородной серы и горячими источниками, тоненькие струйки которых соединяются в одну более мощную. С высоты птичьего полета бухта смотрится еще более очаровательно: впечатление такое, словно находишься на тропическом острове. Здесь нет многих обычных на других островах растений. Внутренние склоны кальдеры заросли похожим на осоку колосняком, который образует иногда труднопреодолимую «ватную» подушку, кочковатую и вязкую.

 

Илл. 24. Экструзивные купола образуют два острова
и две одиноких вершины на берегу кальдеры

Илл.25. Наиболее высокий экструзивный купол бухты Кратерной

 

На обоих островах, что посередине бухты, обнаружили выводки песцов, причем выглядят они даже более сытыми и довольными жизнью, чем на главном острове (илл. 26). Возле норы лежат крылья конюги, которую они, видимо, ловят в траве и между камнями. На главном острове у фумарольного поля живет хромой и озлобленный на жизнь песец. Видимо сказывается влияние ядовитых газов. Он, не раздумывая, нагло полез в лодку разбираться с нашими вещами. На маленьких островах песцы доверчивы как дети и ведут себя прилично. Вообще до интродукции в 1916-1917 гг.на острова Янкича и Рыпонкича песцов с о. Медный на Командорских островах они были покрыты птичьими базарами. Впоследствии песцы быстро размножились, увеличив свою численность с 16 до 2200 штук. В результате птицы стали селиться только на недоступных для зверей окруженных морем скалах. Аналогичная ситуация сложилась и на острове Монерон после интродукции на него соболя. Птичье поголовье островов быстро снизилось, постепенно уменьшалась и численность песцов. Сейчас на о. Янкича обитает около 20 этих животных.

 

 

Илл. 26. Песцы на о. Янкича были завезены в начале прошлого века с о. Медный (Командорские острова)

 

Вечером капитан «Искателя» (илл. 27) Сергей Мазун восторженно произнес «Столько лет ходил мимо, а не знал, что рядом – такая красота». Такое признание от морского волка, который где только не был, и что только не видел, для меня не было неожиданным. А по лазурной глади бухты со стороны моря уже медленно наползал туман (илл. 28).

 

Илл. 27. Экспедиционное судно «Искатель»
у о. Рыпонкича (архипелаг Ушишир)

Илл.28. Закат на острове Янкича

 

 

На котиковом лежбище

 

Четыреста самых южных метров узкого клиновидного выступа курильского острова Расшуа отделены от основной его части узким гребневидным, как хвост дракона, водоразделом (илл. 29, 30). В этом месте на пляж спускаются зигзаги старой тропы. Спуск на пляж стережет шестигранный японский дот. Он без крыши, но почти с круговым сектором обстрела. Стенки его сложены из морских валунов.

 

Илл. 29. Кальдера Серп в южной части о. Расшуа

Илл.30. Вблизи мыса Южного на о. Расшуа

 

С пляжа из-за камней доносится рев морских котиков. Осторожно спустились на пляж и по камням подобрались к скалам, на которых в 20 м от берега сидели самки с молодыми котиками. Котики не столь пугливы, как нерпы. У них не было «смотрящих», и, прыгая в воду, они не подавали сигналов опасности остальным членам стада. Выяснили, что места здесь довольно много, более того многие самцы уходили на 40-50 м от линии отлива вглубь острова и устраивали лежки на зеленой травке (илл. 31, 32). Некоторые из них лежали, млея на солнышке, прикрыв глаза и время от времени обмахивались ластами (илл. 33). Нескольких таких «плейбоев» удалось сфотографировать и даже поснимать на видеокамеру. На своих ластах котики передвигаются не быстро, но и мы далеко не пошли, дабы не пугать их. Дальше был заметен совсем крошечный молодняк, следовательно, лежбище на Расшуа репродуктивное. Численность котиков на нем около 40 штук.

 

Илл. 31. Котики на о. Расшуа уходят от береговой линии
на 30-40 м вглубь острова

 

Илл.32. На котиковом лежбище

Илл. 33. Хорошо понежиться в редких лучах солнца

 

Удивительно, но и здесь среди камней и кекуров на крутом склоне мы увидели рельсы узкоколейки, внизу валялась изъеденная ржавчиной колесная пара. Т.е. у японцев здесь существовал некий фуникулер, по которому грузы поднимались на самую южную, изолированную от другой части и безводную точку острова. Но что там у них там могло быть на высоте 96 м? Видимо, очередной неприступный укрепрайон. Проверять свою версию у нас уже не было времени.

Когда вернулись обратно, на берег уже наползал холодный туман. Сразу стало холодно, Курилы вновь напомнили, что солнце на этих островах явление мимолетное и быстропроходящее. Но нас это уже мало интересовало. Впереди была дорога домой.

 

 

Часть 1                                   На главную