САХАЛИНЕЦ НА АЛТАЕ И ИССЫК-КУЛЕ

ЧАСТЬ 2 – «ОВОЩ» НА АЛТАЕ

 

«Овощ» (жаргонное) – то же, что и «чайник», «салага» -
в чём-то неопытный человек; в данном случае в походах.

 

АЛТАЙ – НЕ САХАЛИН

 

Поначалу многое меня в этих краях удивило. К примеру, стояли мы на острове посреди реки Кучерлы выше ее впадения в одноимённое озеро, от берега остров разделяла неширокая протока. А через эту протоку был переброшен мостик, с моей точки зрения, хлипкий и ненадёжный, да ещё со скользкими брёвнами. Под мостиком довольно глубоко и течение вдобавок бурное. И самое интересное, что буквально метрах в 20 выше мостика имеется брод через протоку глубиной по колено! «А зачем тогда нужен мостик?» - недоумевал я. «А чтобы ног не замочить», - мне отвечали. Для сахалинского пешего путешественника такой брод никаким препятствием и в помине не является: поднял болотники и спокойно перешёл. Была бы у меня возможность пойти в тот поход именно в болотниках, взял бы их, да вот тащить эти болотники через пол-России далековато, громоздкие они, вот и пошёл в резиновых сапогах высотой чуть ниже колен. На меня поглядели странно: «Здесь в резиновой обуви никто не ходит, нужны специальные ботинки для горных походов». С моей же точки зрения, резиновая обувь придаёт манёвренность и мобильность: вместо того, чтобы обходить грязь и лужи, идёшь напрямую по ним и приговариваешь «Танки грязи не боятся!» Ну и мелкие ручьи спокойно переходишь вброд. А тут, оказывается, такая обувь не подойдёт: подошва плохо держит при переходах через каменные осыпи, называемые «курумниками». Вообще, с моей точки зрения, курумники – бич Алтая! На Сахалине камней хватает, попадались и более крупные валуны, но дело в том, что идёшь через них по горизонтальному берегу Охотского моря, ну или при умеренном уклоне (градусов 45) в районе горы острой за карьером «Лиственничным» – и при некоторой осторожности спокойно их проходишь. А вот на Алтае эти самые курумники попадались на довольно крутых склонах, а внизу-то бурлящий поток!

 

 

Перебираюсь по курумнику. Это вам не ровный берег Охотского моря и не гора Острая!

 

Узнав, что это всего лишь «цветочки», а дальнейший маршрут предполагает чуть ли не скалолазание, я крепко задумался. Ранее Александр давал мне ссылку в инете на примерное описание этого маршрута, и там о скалолазании – ни слова! («Не придали этому значения») Дело в том, что у меня недавно появилось головокружение от высоты, но не везде, а лишь на открытых местах. К примеру, бываю я у знакомых на 9-м этаже, выйду в лоджию, и ничего, а вот на 5-м этаже при выходе на открытый со всех сторон балкон у меня начинает кружиться голова. С возрастом, что ли? По той же причине я пытался было в Иркутске перейти по мосту через Ангару, и метров через 100 голова так закружилась, что пришлось вернуться назад, и – в 12-м то часу ночи! – дождаться чуть ли не последнюю маршрутку, чтобы попасть из центра города на вокзал.

Это я уже описываю свои ощущения на 5-й день похода, 22 июля. А что до того времени было? 18 июля группа из 9 человек, включая меня, Александра Савченко и ещё семерых новосибирцев (Юрия Карчевского, Евгения Карпова, Сергея и Надежды Локотко, Виктора Волкова, Александра Черенкова и Алексея Климентьева), выдвинулась из пос. Тюнгур вверх по конной тропе вдоль реки Кучерлы. Когда мы достигли Кучерлинского озера, к нам присоединился одноклассник Александра Василий Хилинов, приехавший аж из Архангельской области, так же как и я, специально ради похода. Об этой части маршрута повторяться не буду: есть масса сайтов, где указанный участок пути описан достаточно подробно. А вот за Кучерлинским озером на пути до острова при переходе через курумники по достаточно крутым склонам я измотался так, что воспользовался возможностью 2 дня пробыть на острове, пока группа там стояла. И дал я ему название «Остров Невезения».

 

НОГИ ЕСТЬ – ДОЙДЁШЬ!

 

Итак, 22 июля я понял, что запланированную часть маршрута, предполагавшую подъём чуть ли не по отвесным склонам, я просто не пройду. Хотя бы потому, чтобы не подвергать опасности свою жизнь и здоровье. И заявил я, что намерен возвращаться в Тюнгур и дожидаться возврата группы. На это Александр Савченко ответил: «Что-то я не узнаю тебя, ты же старый таёжный волк! А как же перевал Кара-Тюрек? А как же Аккемское озеро? Ведь туда ведут набитые конные тропы! Ноги есть – дойдёшь!» - «Хорошо, пошёл бы я и на Кара-Тюрек, и на Аккемское озеро, только ведь одному неохота.» - «Я пойду с тобой!» Как будто у него был заранее заготовленный ответ – видимо, тонко прочувствовал он моё настроение.

На том и порешили. Ко мне отнеслись, похоже, с пониманием. Выдали нам на двоих трёхместную палатку. Разделили имеющиеся продукты. Условились встретиться в Тюнгуре 28-го. А 22-го же, как только шедший ночью и утром дождь прекратился, я тепло распрощался с «восьмёркой», которая выдвинулась в путь к озеру Дорошколь, а Александр вызвался их проводить на некоторое время, рассчитывая вернуться засветло. Оставшись в лагере сам, я нарубил дров с избытком («Дрова лишними не бывают», - говаривал мой сахалинский таёжный учитель Анатолий Андреевич Шушунов).

23 июля утром стартовали. Кое-как прошёл по сильно наклонному курумнику до озера, и то благодаря помощи Александра. Вдоль озера участки осыпи после этого показались мне какой-то пародией на курумник – таких участков и на Сахалине хватает, прошли без проблем. На северном конце озера, там, где из него истекает Кучерла, продолжая свой путь к Катуни, зашли на имеющуюся базу отдыха, чтобы по возможности пополнить запас продуктов. Купили 2 металлических банки гречневой каши с говядиной по 100 р. за банку, и 0,8 кг макарон за 100 р., больше там было покупать нечего (0,5 л водки стоил там аж 500 р.!). Отчего такие там цены? Так продукты туда вертолётом привозят, и вообще на этой базе бывают разные VIP-персоны, которых туда доставляют опять-таки вертолётом. К примеру, там ждали прилёта бывшего спикера Госдумы Геннадия Селезнёва.

После докупки продуктов время было около 18 часов, и решили двигаться дальше, насколько позволяет возможность. На всякий случай запаслись водой, набрали 2 «полторашки», мало ли в каких условиях придётся ночевать, мы же идём в абсолютно незнакомые места! Пока двинулись назад, на север. Перевалили бугор, и вскоре обнаружили развилку, отмеченную, как нам и рассказывали, белым пакетиком на дереве: налево тропа вела назад в Тюнгур, направо же вела не менее набитая конная тропа к нашей цели, на Кара-Тюрек.

Идём вверх. Вокруг – дремучая тайга. Везде уклон, палатку поставить пока что негде. Вскоре встретили отрешённо бредшую вниз одинокую женщину. Сказала, что ни воды, ни стоянок вблизи не будет. Ещё через полчаса ходу обнаружили ровную площадку посреди сосново-лиственничного леса с обилием дров, но в совершенно безводном месте. Последнее обстоятельство нас не испугало: воду я в походах по Сахалину привык экономить, сколько раз ночевал на гребнях и водоразделах. Полторашку на двоих на вечер, столько же на утро – всегда хватало.

Я уже писал, что в походах по Сахалину ни топора, ни пилы с собой принципиально не беру – к чему лишний вес, рюкзак и так не лёгок! Обычно разжигаю небольшой костерок из мелкого хвороста, а, как образуются угли, ставлю на них котелок и обкладываю дровами по периметру. На двоих хватает: полуторалитровый котелок при такой технологии вскипает достаточно быстро: ведь КПД огня значительно выше, чем подвешивать котелок над костром. Если дрова оказывались сырыми и плохо горели, Александр усиленно раздувал костёр своим сиденьицем, называемым «хопа».

 

 

Справедливости ради, надо сказать, что топор у нас был, но он играл скорее вспомогательную роль – например, что-либо стесать.

24 июля буквально через 10 минут после выхода обнаружили ручеёк с водой и рядом с ним площадку, удобную для стоянки. Но мы же ничего не знали! И та женщина нам ничего не сказала - наверно, не придала тому значения?

Около 13 часов поднялись на плато. Густой лес сменился редколесьем. Навстречу нам прошла большая группа – сказали, что впереди будут так называемые «кедровые стоянки», возле которых можно, хоть и с трудом, но добыть воды. Вскоре навстречу попались мужчина с двумя мальчиками. «Мы идём на Кара-Тюрек?» - спросили они. «Нет, в другую сторону, на Кучерлинское озеро». Оказывается, они поднимались вверх по имеющейся пешеходной тропе вдоль речки Текелюшки, притока Кучерлы, а, выйдя на развилку, повернули не налево, а направо. Когда мы им показали правильное направление, они пошли вперёд, а мы, пройдя развилку, подошли к «кедровым стоянкам». И тут они двинулись не по основной тропе, а по какой-то еле заметной тропке; больше мы их не видели – таков их удел блуждать где попало, решили мы.

На одной из стоянок перекусили (горячее варили только на ужин ради экономии времени). Воду добыли, но… ручей оказался в достаточно глубоком каньоне. Да это не кедровые, а самые настоящие херовые стоянки (извиняюсь за резкость, иначе их не назовёшь)! А вскоре тропа перешла ручей по пологим берегам, и вблизи него стояла чья-то палатка. Надо же! Знали бы мы, не мучились бы с добыванием воды. Но мы-то шли в неизвестность и знали об этих местах самый что ни на есть минимум. И ни на одной карте, даже самой подробной, эту тропу мы впоследствии не нашли.

Далее начался крутой подъём. Но на то она и конка, чтобы на крутых участках проходить серпантинами. Вообще идти по конным тропам – для меня одно удовольствие! Разве что иногда долгое время вверх, но ничего страшного.

 

 

Крутоватый подъём, однако!

 

Вскоре редколесье сменилось альпийскими лугами, а затем – камнями со снежниками.

 

 

Типичный пейзаж окружающей местности

 

Около 19 часов я заприметил ровную площадку на склоне, возле которой тёк небольшой ручеёк, а правее по склону начинался снежник. Запомнил это место – вдруг ничего более подходящего для ночёвки не найдём?

На подъёме я обнаружил двух то ли волков, то ли диких собак, метнувшихся влево. Надо же, и на высоте 3000 м они обитают!

Итак, в начале 9-го вечера мы, наконец, взяли перевал. Но… куда идти вниз? Всё вокруг было укрыто свежевыпавшим снегом. И вдобавок нас окружала плотная облачность. Решили не искушать судьбу и вернуться хотя бы на ту площадку, что я приметил. Скатились до неё за полчаса. Благодаря имевшимся у нас газовому баллону и примусу вскипятили воду, но она показалась чуть тёплой – на этой высоте вода закипает явно не при 100 градусов, а при значительно меньшей температуре.

25 июля когда проснулись и вылезли из палатки, увидели, что на неё и на окружающие камни ночью выпал снег.

 

 

Что делать дальше? Я уже было настроился на возврат, но Александр буквально настоял на повторном подъёме на перевал: а вдруг спусковая тропа протает или кто-то её протопчет? Если уж совсем ничего не будет, тогда уж на самый крайний случай будем возвращаться.

Но – о чудо! Через час подъёма нам встретился длинный-предлинный караван лошадей, сопровождаемый пешеходами. Всё ясно – вперёд!

Наконец в 13 часов перевал Кара-Тюрек, высотой 3060 м и относящийся по действующей классификации к категории «1А», был нами повторно взят!

 

 

Возникло прояснение¸ и перед нами открылся чудесный вид: внизу под нами распласталось Аккемское озеро, а вверху – высшая точка Горного Алтая – Белуха.

 

           

 

Спуск с перевала до озера занял 3,5 часа. Ещё через 2 часа ходу вниз по тропе вдоль реки Аккем мы стали на стоянку.

26-27 июля мы продолжали путь вниз вдоль Аккема. Конечно, не обходилось без мелких «косячков», но мы к ним относились с должным юмором. Без «косячков» таких мероприятий не бывает, да и чего их перечислять – с каждым, кто ходил в подобные походы, они случались. Главное, ни одного крупного «косяка» у нас не произошло.

 

 

Ни холодно, ни жарко

 

Днём 27 июля мы вышли к известной на Алтае «стоянке 3 берёз», после которой конка перешла в автомобильную колею, по которой может пройти высокопроходимая техника. После получаса пересечения луга мы подошли к началу подъёма на микро-перевал Кузуяк.

 

           

 

Потихоньку поднялись на него за 3 часа. С перевала внизу показался Тюнгур, проверили сотовую связь: действует. Я отправил СМС-ку Сергею Локотко о том, что мы на следующий день выйдем в этот посёлок. Минут через 40 ходу с перевала остановились на стоянке около ручья.

28 июля, как мы окончательно спустились на равнину, нашли огромную поляну, заросшую дикой клубникой. Её было столь много, что, объевшись её, решили набрать 1,5-литровый котелок. Вскоре нам позвонил Сергей Локотко и бодрым голосом сообщил, что «восьмёрка» уже в Тюнгуре. Как только мы заполнили котелок клубникой, за нами приехал Алексей Климентьев на своём «Лэнд-Крузере».

***

«Восьмёрка» же прошла через озеро Дорошколь, и, поднявшись на хребет выше сразу нескольких перевалов, спустилась на параллельный Кучерле приток Катуни, реку Кураган. Но это уже другая история.

 

Текст: Валерий Хмара

Июль - сентябрь 2009 г.

Новосибирск - Южно-Сахалинск

 

Фото: Александр Савченко и автор

 

Часть 1                       Часть 3

 

На главную